Ната подтвердила. Сначала она хотела рассказать про визит доставщика пиццы, который ей то ли померещился, то ли и впрямь приснился, но теперь окончательно передумала. К чему рассказывать о том, доказательств чему нет? Они не верят, что тут была коробка с игрушками. Не поверят и в доставщика, от которого ни следа не осталось. И к тому же полицейские считают Нату причастной к смерти Макса. А она не питала зла к своему непутевому родственнику. Полицейские были на ложном пути, так зачем еще сильней было путать следствие?
Вряд ли доставщик пиццы забрал с собой коробку, полную игрушек из папье-маше. Разве что доставщик был вором. Или у Макса не нашлось денег, чтобы расплатиться за доставку еды. И коли ничего ценного в квартире не оставалось, то курьер в качестве оплаты и прихватил коробку с игрушками. Хотя и она сама стоила немного, а вещью была весьма объемной, унести ее было не так-то просто. Зачем было доставщику возиться с такой неудобной вещью?
Если только… если только это был совсем не доставщик, а кто-то другой. Кто-то, кто следил за Максом, кто знал о прибытии к нему партии товара и кто явился за этим товаром, забрав его весь целиком. А коробку с игрушками прихватил для отвода глаз.
И снова что-то не срасталось. Но Ната не могла сообразить, что именно. Слишком она была ошеломлена и подавлена.
– Мы вас больше не задерживаем, – сказали ей полицейские. – Но не расслабляйтесь и из города никуда не уезжайте. В понедельник вас пригласят для допроса. И там же объяснят, когда вы сможете забрать тело своего брата.
Сыщики завладели смартфоном Макса и не скрывали своего удовольствия, копаясь в нем. У них то и дело срывались довольные возгласы, и присутствие Наты только мешало им. Но она не торопилась уходить.
При мысли, что ей сейчас придется возвращаться к себе домой, девушке стало не по себе.
– Не знаю, имеет ли это отношение к тому, что случилось тут, – сказала она, – но меня вчера пытались похитить.
Ответом ей был взгляд четырех недоумевающих пар глаз.
– Я поэтому к Максу напросилась ночевать, что к себе домой ехать боялась.
– Кто вас пытался похитить?
– Какие-то чокнутые люди. Называют себя Хранителями и Разрушителями. Сперва меня увезли Хранители, но потом Разрушители отбили меня у них. А я отвлекла их внимание и удрала.
Она говорила и видела, что ей не верят. В глазах полицейских читалось откровенное раздражение.
Уходи, не мешай нам работать! У нас на руках готовое и уже почти раскрытое дело, а твоя история темная и дурно пахнет неприятностями.
И Ната ушла. Но к себе домой не пошла, такого страху нагнали на нее одни лишь воспоминания о вчерашних ее приключениях. Один раз ей чудом удалось удрать от этих сумасшедших, но где гарантия, что во второй раз ей также повезет?
Выйдя из квартиры брата, Ната ненадолго остановилась на площадке в ожидании лифта.
Две женщины-соседки возились у мусоропровода. Возились, судя по всему, они уже долго, и чувства у обеих были накалены до предела.
– Ты подумай, паскуда какая выискалась! – говорила одна. – Забила нам весь мусоропровод!
Вторая тетка была не так многословна, она ритмично тыкала палкой от швабры, пытаясь пробить засор.
– И-не-го-во-ри! Су-ка!
– Ему бы в глотку эту коробку запихнуть! – злобствовала первая. – Чтобы подавился своим картоном и сдох!
Едва услышав про картон, Ната почувствовала, как ноги сами понесли ее к женщинам.
– Простите, можно мне взглянуть?
Они удивились, но возражать не стали. Отодвинулись и внимательно наблюдали за Натой, которая буквально по пояс залезла в мусоропровод.
Женщинам удалось уже довольно глубоко пропихнуть картон, но все же можно было разглядеть, что эта коробка очень похожа на ту, которая была вчера у Макса.
– А можно я ее достану?
Женщины в ответ энергично запротестовали. Особенно возмущалась та, которая работала шваброй. Ей было жалко своих усилий. Но Нате удалось убедить женщин, если картон не удается пропихнуть глубже, его нужно извлечь наружу.
– Если не противно, вытаскивай.
Ната нырнула еще глубже.
Ну и запах! Ее чуть не вывернуло. Но она понимала, что от этого станет только еще хуже.
Одно дело извлекать картон вместе с прилипшими картофельными очистками и арбузными корками, и совсем другое, если к ним прибавятся полупереваренные суши и роллы. Так что Ната сдержалась, сумела ухватить картонную коробку и выволокла ее обломки наружу.
Оглядела и пришла к выводу, что коробка та самая или идентичная ей.
– Знаешь того, кто ее сюда запихал?
Нет, этого Ната не знала. Она разложила останки коробки, но быстро поняла, что она либо была засунута в мусоропровод уже пустой, либо все находящиеся в ней фигурки из папье-маше улетели вниз, когда коробку засовывали в трубу.
Тетки не возражали, когда Ната попросила у них останки этой коробки. Они даже обрадовались, что девушка их забирает.
Зато полицейские были совсем не рады, когда Ната заявилась к ним обратно, да еще со своим изрядно попахивающим трофеем.
– Вот та самая коробка, которую ночью принесли Максу!
– Но тут ничего нет! А вы говорили, что в ней были игрушки из папье-маше!
