«Пус-с-с-ти! Пус-с-с-ти! Пус-с-с-ти!!!» – стонет в тесных сосудах моя кровь. И я знаю, что сердца тысячи тысяч, собравшихся у подножия Пирамиды, стучат в том же ритме. Темнота опускается, точно смывая чернильной волной все краски дня. В хрустальном куполе рассыпается звездное сияние. Звезды с каждой секундой все ярче и ближе, они горят подобно глазам богов, они шепчут ласково и настойчиво: «Пора! Пора! Пора!». И тут пространство вздыхает, трепет катится по Вселенной.
Приходит Он!
Он появляется мгновенно, заслоняет собой половину мира и приближает свои глаза к моим. Из его глаз изливается Хаос. Мириады галактик танцуют вокруг нейтрино, амеба пожирает черную дыру, из камня рождаются бабочки, ледяная пыль обращается в огненные горы. Он улыбается, и говорит: «Пора, дитя!»
Голос его проникает внутрь и разрывает мои покровы. Из миллиона трещинок наружу рвутся тоненькие фонтанчики крови.
- Кому? – спрашивает меня Дракон Хаоса.
- Тебе и Тецкатлипоке! – отвечаю я сквозь соленый вкус крови.
Я вижу только его глаза, но знаю, как мое тело, покрываясь кровью, начинает светиться рубиновым светом моей души.
- Кому? – в свою очередь спрашиваю я.
- Тебе и Единому! – грохочет Хаос.
Он отрывает свои зрачки от моих, поднимается, и простирает крылья над Пирамидой.
Он все растет, ширится во все стороны, закрывая собой небо.
Звезды гаснут, скрытые его непостижимой, непроглядно-черной и беспощадно-яркой сущностью.
Он открывает свою кровь.
Миллионы тончайших, ослепительно-белых лучей пронзают мироздание, их острые кончики, шипя, пробивают мою кожу, душа Дракона Хаоса изливается на мир.
Энергия вновь наполняет мое, уже наполовину опустошенное, тело.
На несколько мгновений я исчезаю, растворяясь оглушительном экстазе Катарсиса.
Через мгновенную Вечность я обретаю возможность видеть.
Дракон Хаоса парит под звездами, кружа над Пирамидой Единого.
Мир открывается, и то – тут, то – там, вспыхивают Драконьи Врата, пропуская остальных Драконов.
Небо превращается в трепещущий ковер, сотканный из сверкающих крылатых тел! Меня охватывает неизмеримое счастье, сквозь слезы, смывающие кровь с моего лица, я вижу как от ночной земли поднимаются вихри рубиново-огненного пара, как он поднимается вверх, тянется к блистающим телам, окутывает их и впитывается в поющую плоть. Как острые струи драконьей крови, мириадами тонких нитей пронзают воздух, приникая к телам Детей Драконов.
Катарсис!
Ночь Приношения!
Великая Ночь, когда наши дети причащаясь, кровью Вечных, становятся взрослыми и вспоминают все прошлые жизни.
Ночь Возвращения, когда наши старики, не выдержав Кроведаяния, уходят обратно в теотль, с тем, чтобы возродиться в младенцах, зачатых сегодня. Ночь Любви, когда весь народ Драконид, очистившись, ликует, празднует и дарит счастье своим избранникам. Ночь Начала, после которой, через семь лет женщины родят новые яйца, с воплотившимися вновь драконидами!
Ночь идет вкруг планеты и Драконы идут вместе с ней. Мы ликуем до первого луча и все зеркала дымятся – это Ночной Ветер смотрит на своих созданий. Наш Творец ликует с нами, получая кроведаяния, и славя Единого.
Голос звал меня, вырывая из плена видений.
Все еще чувствуя терпкий восторг Приношения, я потянулась в кровати.
Тело наполнила счастливая нега здоровья. Я полежала еще немного, ощущая как мои мышцы наполняются энергией.
Давно я так хорошо не спала!
Меня снова окликнули, и я открыла глаза. Первое, что я увидела, был белоснежный потолок с солнечными клетками на нем. Я поднялась и уверенно осмотрелась.
Комната мне что-то напоминала, но я никак не могла понять бывала ли я здесь раньше, или эта комната мне только снилась? Вроде бы, раньше здесь стояли опутанные проводами мониторы, стойки с лекарствами, стеклянные шкафы, полные непонятных приспособлений? Теперь белую комнату наполняли цветы. Они были повсюду: стояли на полу в высоких вазах, занимали весь стол, свешивались с амплей, устилали пол живым ароматным ковром. Их было так много, что за этим ярким чудом, я не сразу заметила человека, сидящего в кресле у стола.
- Аснора! Деу ла керри тену ро! – прозвучало в комнате, полной цветов.
Я приподнялась на локте, вглядевшись в сидящую фигуру. Что-то знакомое, словно из давно забытых детских снов. Где-то я встречала этого мужчину с серебряными волосами. Только вот где? Я почувствовала, что моя рука задрожала, и откинулась на подушку. Слабость была еще слишком явной.
- Ты не помнишь язык? – спросил он.
Я отрицательно мотнула головой, и наволочка зашуршала. Я подняла руку и дотронулась до темени – под ладонью оказались жесткие, словно сапожная щетка щетинки. Я резко села и схватилась руками за свою голову.
- Зеркало, мне нужно зеркало! – вскричала я.
- Хорошо, будет тебе зеркало! – спокойно сказал он, чуть улыбнувшись. – Каро, ла наер щаор тено! – произнес он куда-то в сторону.
Издали послышался дробный перестук каблучков.
