- Ты, Артем, не имеешь Веры, ты словно фарисей требуешь доказательств снова и снова! А я, как Авраам – я сделал бы все, что Он не приказал мне! Я ВЕРЮ, так как Он завещал нам!!! Ты – просто слабый, безвольный червяк, Атрём!
Я отшатнулся от него, пораженный внезапно открывшейся истиной – Александр Смольников, мой верный друг, мой добрый Сашка – фанатик! Он встал, и я чувствовал исходящее от него презрение.
- Если ты не сделаешь, того, что Он приказал, это сделаю я! Даже не сомневайся!
Он шагнул к двери.
- И вот еще что… – сказал он, стоя в дверях. – Я нашел твою Вику. Она скоро будет в Миктлане, – в его голосе сквозила злоба. – И она – демон!
Он вышел, по военному аккуратно, закрыв дверь. Я вскочил, метнулся туда-сюда, замер, обхватив себя руками и вперив глаза в непроглядную тьму подземелья. И вдруг всей кожей ощутил, как давят на меня все эти тонны земли. Я взвыл, дернулся и шагнул в Миктлан, туда, где пульсировала алая точка.
Тоненькая фигурка, реющая в облачном небе. Черные столбы, словно рама ограничили эту картину, приковали взгляд к темному силуэту. Я приблизился, вглядываясь в женский абрис. До боли знакомый наклон головы, стройные ноги, словно влитые в ладные джинсы, изящный стан в кипельно-белой маечке.
- Вика?! – я рванулся вперед, веря и не веря своим глазам.
Она вытянулась, замерла на мгновение, а затем сорвалась и полетела навстречу.
- Тёмка!!!
Она была уже близко, я видел ее лучистые глаза, наполненные сверкающим счастьем. И вдруг словно кто-то с размаху врезал мне в челюсть! Я встал как вкопанный.
«ЛИЛИТ» – ярким пурпуром загорелись буквы в моей голове. Она тоже встала, тревожно вглядываясь в меня. Ее глаза словно потухли. Что-то чужое, незнакомое глянуло из ее зрачков. Мы замерли в нескольких шагах друг от друга. Я снова ощупал ее взглядом: это была она и не она.
- Ну здравствуй, Вика! – сказал я.
- Привет, Артём! – ответила она, пнув пучок черной травы.
Помолчали. Она смотрела вниз, пиная землю тяжелой сандалией. Я вдруг почувствовал нестерпимую обиду – не так я представлял эту встречу, совсем не так!
- Ну как ты, Артём? – спросила она отстраненно. – Говорят, ты теперь служишь?
- Да вот, служу, Вика! – сказал я. – Хотя, прости, может тебя теперь надо Лилит называть? Первый Демон?
Она вздрогнула, как от пощечины и гордо вздернула подбородок. В полуприкрытых глазах сверкнули молнии обиды.
- Да, это так! Можешь называть меня Лилит, Первый Демон, Первая Жрица, вампирша! Как тебе угодно, Воин Ока!
Ее ноздри раздулись и она действительно стала похожа на злого демона.
- Ну как там ваш «начальник»? Все так же рогатый, или наши ему рога-то поотшибали? – спросил я с издевкой.
- Да еще хватит, чтобы припереть к земле премудрую голову вашей змеюки! – огрызнулась она. – А то он куда как умен, фигурками размениваться, ферзями пешек снимать! – она сверкала глазами. – Как оно было, Тёма: приятно с ножом на лучшего друга набрасываться? Наверное весело – беззащитного зарезать?
- А что ж ты ему не помогла-то? – закричал я, и кровь застучала у меня в висках. – Ты ж у нас крутая! Сколько младенцев распотрошила? Тысячи, миллионы?
- Лучше бы тебе заткнуться! – прошипела она. – Воплощение Добра нашлось! Я-то хоть знала, что они возродятся, а скольких твои «добрые люди» порешили? В газовых камерах, радиацией, абортами, напалмом??? Ради эксперимента и так, чтобы не пищали???
Красная пелена упала мне на глаза. Рука сама легла на эфес меча, который я носил со дня присяги.
- Тварь, упыриха!!!
- Недоделок, дефектная ведомость!!! Давай, давай, ударь меня, попробуй! Или ты можешь только беспомощного Водореза ножом тыкать? Давай, бей, и посмотрим кто круче!!!
Я выхватил меч и моя рука взлетела для удара…
И тут прямо над ней из окружающего тумана вынырнула жуткая тварь!
Я разобрал только, полную желтых зубов, отверстую пасть, в окружении чего-то шевелящегося, скользкого и два бледных глаза, тусклых, словно у дохлого судака.
Что есть силы я метнул меч в эту образину, меч свистнул, вонзаясь прямо промеж глаз чудовища.
Тварь истошно заверещала, крутнувшись в воздухе над присевшей от неожиданности Викой, и, визжа, исчезла в белесых клубах. Я стоял, тяжело дыша, и оглядываясь в ожидании нового нападения. Красное марево ярости испарилось из моего мозга и я услышал как Вика тихо смеется. Я сердито посмотрел на нее. И она замолчала, ее глаза стали серьезными.
- Тёмка, почему ты не перезвонил после операции? Я ждала три часа. Мне было так плохо!
- Вика у нас была остановка сердца и клиническая смерть на столе!
Она поднялась и подошла ближе, заглядывая в мое лицо.
- Но вы же его завели? – спросила она, начиная вновь улыбаться.
- Завели, – ответил я и мне вдруг стало легко – я опять узнавал ее.
- Тём… – она склонила голову, хитро прищурившись. – Вот что ты сейчас сделал?
- Когда? – спросил я, отводя взгляд.
- Ну вот сейчас, когда френофага до полураспада напугал? – она улыбалась все шире.
- Я… Да так… – я прямо взглянул в ее смеющиеся глаза. – Рука дрогнула!
