«Дольщик вошёл в экзаменационную первым, Козырь – сразу вслед за ним. Дольщик к экзамену по разводке лохов даже не готовился. Для него, первого исполнителя на курсе, сдать разводку не составляло никакого труда. Козырю было намного сложнее. Катая во все игры высочайшим классом, нечестной игры он не признавал и лекции на кафедрах факультета шулерских приёмов посещал только по необходимости…»
Дольщик вошёл в экзаменационную первым, Козырь – сразу вслед за ним. Дольщик к экзамену по разводке лохов даже не готовился. Для него, первого исполнителя на курсе, сдать разводку не составляло никакого труда. Козырю было намного сложнее. Катая во все игры высочайшим классом, нечестной игры он не признавал и лекции на кафедрах факультета шулерских приёмов посещал только по необходимости.
– Привет, фартовые, – традиционной фразой поздоровался Режиссёр, профессор кафедры разводки и постановки. – Как картишка, как мастишка?
– Масть пошла, да деньги кончились, – в той же традиции вернул приветствие Дольщик. – Разрешите вытянуть билетик?
– Банкуй, – Режиссёр сгрёб со стола экзаменационные билеты, перетасовал их, развернул веером и протянул Дольщику. – Сразу два тащи, – велел он, – второй для дружбана.
– Основные принципы разводки, – вслух прочитал содержание своего билета Дольщик. – Ну, это элементарно. Разводка зиждется на базовой аксиоме, из которой следуют основной принцип и главная теорема. Начнём с аксиомы – «Лох всегда прав». Её мудрость и действенность…
– Ясно, ясно, – перебил экзаменатор, – давай, переходи к принципу.
– «Лоху – лучшая карта», – огласил принцип Дольщик. – Напрямую следует из базовой аксиомы. Лох постоянно должен чувствовать заботу о себе, и, таким образом…
– Хорошо, что насчёт теоремы?
– «Лучший лох есть лох насосанный», – щегольнул точностью формулировки Дольщик и перешёл к доказательной части: – Как говорится: «Деньги есть – товарищ Носов, денег нет – носатый хрен».
– Ну что ж, давай зачётку, – сказал Режиссёр, пожимая Дольщику руку. – В тебе я не сомневался, сынок. Далеко пойдёшь. Ну-с, посмотрим, чем нас порадует, э-э… Козырев, если не ошибаюсь.
– Принципы постановки, – зачитал вопрос билета Козырь и почесал в затылке. – Прежде всего, лоха надо завлечь, – вспомнил он выдержку из учебника. – Типа, м-м, «Кто хочет сладко пить и есть, того прошу напротив сесть».
– Неуверенно, – констатировал факт профессор. – Ладно, дальше банкуй.
– Завлечь, – повторил, пытаясь вспомнить дальнейшее, Козырь, – это первая часть постановки. Потом, значит, привадить. Это, как его, «лох был неплох, как семь без трёх».
– Н-да, – Режиссёр скривился, всем видом выражая неудовольствие. – Не из той колоды карта, фартовый. Как же так, на кафедре мастерства – лучший студент, а у нас через бубну в трефу. Как жить-то думаешь? На одном классе далеко не уедешь.
– А я считаю – уедешь, – сказал Козырь. Дольщик толкнул его локтем, но Козыря уже понесло. – Именно на классе, профессор. Вот я если сяду против вас, скажем, в преферанс, никакое исполнение вам не поможет. Да и не прокатит – забью классом.
– Да ты духовой, – после нехорошей паузы медленно процедил Режиссёр. – Забьёшь меня, значит, по классу? Ну и нахал, всяких видал нахалов, но таких… Ладно, зачёт не ставлю, но предложение твоё обдумаю. Вот если действительно забьёшь, тогда что ж… Всё, фартовые, свободны.
– Ну ты и лоханулся, – укоризненно сказал Дольщик, когда они с Козырём вышли из здания института. – Тебе это надо было? Или на самом деле думаешь, что сделаешь Режиссёра один на один в преферанс? Если так, то мне тебя жаль. По классу ты его на голову выше, не спорю. Но шансов у тебя один чёрт нет. Любое исполнение прокатит, и ты – калека. Один раз зарядит тебе, сожрёшь кривой мизер взяток на пять, потом никаким классом не выправишь.
– А если исполнение не прокатит? – заинтересованно спросил Козырь. – Вот не сожру исполнение ни разу, что тогда?
– Ещё как прокатит, – убеждённо сказал Дольщик. – Ты и не заметишь. Не чёс, так сменка, накладка или подлянка.
– Ну, а если не один на один? Мне вот сейчас идея пришла. Допустим, будут ещё двое. Все исполнители. Друг другу они шулеровать ведь не дадут. Тогда как думаешь? В долю ко мне пойдёшь?
– Знаешь что, Козырь, – после минутного размышления проникновенно сказал Дольщик. – Я тебе так скажу. Мы уже не первый год дружим. Ты меня за это время хорошо изучил. В долю, друга поддержать, я всегда пойду. Но не в этом случае. Против одного исполнителя у тебя шансов нет, а против троих и подавно. Они тебя на лапу съедят. Договорятся перед игрой и съедят, а деньги потом поделят. Подумай, во что ты меня подписать хочешь.
– А если не договорятся? Вот если я так поставлю, что не смогут договориться, недаром же я курс постановки слушал. Тогда как?
– Да пропади ты пропадом, – сказал Дольщик с досадой. – Пристал как валет к даме. Ты сначала поставь, а там говорить будем. Только раньше из института не вылети.
– Ну что ж, – подытожил Козырь, – будем считать – заварили мазу.
Зав кафедрой обращения с колодой Змей слушал Дольщика с удовольствием.
