– Я оставил за себя человека, который проследит за погрузкой. Можем идти, – раздался за его спиной голос Мориса.
Джон медленно повернулся к французу.
– Обувь у тебя прямо с подиума? – пошутил Морис, указав на дырявые кроссовки Джона.
– Ага! От Ив Сен-Лоран, – улыбнулся в ответ Джон.
«Хорошо, что он согласился пойти со мной. Сможет подтвердить мою личность в случае чего…» – размышлял он.
Солнце уже совсем скрылось за горизонт, и сумерки постепенно вступали в свои владения. Морис и Джон спустились по трапу на берег и, взяв ориентир на грузовые краны, отправились в путь.
– Морис, еще раз спасибо тебе за помощь! Без тебя я бы пропал!
– Не стоит… Я помог тебе, ты мне. Все честно! Тем более, всегда рад встретить незнакомца, который разговаривает на прекрасном французском. Пусть и с акцентом! Так кто ты, Себастиан из Австралии? Что привело тебя в Судан?
– Вообще-то, я Джон. И я из США. Бостон.
–В смысле?! Зачем ты наврал мне? – Морис остановился и изумленно посмотрел на Джона.
– Я представился так солдатам. Чтобы они ничего не заподозрили, сказал при них, что меня зовут Себастиан. Потому что… в общем, это долгая история. Но поверь мне, сейчас я говорю правду. В той ситуации я не мог иначе.
– Я очень надеюсь. Хотя мне все равно, как тебя зовут. Ты не сделал мне ничего плохого и ты не вызываешь подозрений. Я-то в людях разбираюсь.
– Расскажи, откуда ты? Чем занимаешься на этом корабле? – быстро сменил тему Джон.
Он знал, что лучший способ влиться в доверие к человеку – это выслушать его историю. Все любят говорить про себя. И Морис был не исключением, а скорее ярким воплощением этого постулата.
Предвкушая свой рассказ, Морис вытащил пачку сигарет, любезно предложив Джону закурить.
– О! Не откажусь! – Джон вытащил сигарету и провел ею у себя под носом, жадно вдыхая запах табака.
Закурив, путники медленно, прогулочным шагом двинулись дальше. Словно старые приятели встретились в парке после долгой разлуки.
– Я из города Лилль. Работаю старшим научным сотрудником. По профессии я сейсмолог. Работа так себе… Но платят достойно, поэтому я здесь, – воодушевленно начал Морис.
– Лилль? Никогда там не был. Был в Париже, правда, всего один день. Красивый город, – пытался поймать интерес Джон. – А почему ты выбрал эту профессию?
– Да я особо и не выбирал. В школе меня интересовал только футбол. Но профессионально играть мне было не суждено, данные не те. К тому же конкуренция у нас бешеная. Поэтому после школы я поступил в Парижский университет Сакле, куда пошли два моих друга. Собственно, там и получил свою профессию.
– А как ты попал на судно? И что входит в твои обязанности? Чем занимаются сейсмологи?
– Мы с командой ищем залежи нефти и газа на морском дне. А попал я сюда очень интересно! Давай, расскажу всю предысторию…
Морис окончательно расположился к Джону и начал подробный рассказ своей жизни. Так как он, видимо, очень любил поговорить, то начал с пятилетнего возраста и описания своего детства в Лилле. Он бурно рассказывал про свои школьные годы, про футбол и то, как они бегали от бельгийцев, про строгого отца, про то, как мать умерла от рака, когда ему было шестнадцать, про бурные студенческие вечеринки, как его чуть не отчислили со второго курса, про свою первую любовь, потом про вторую «первую» любовь, про то, как у него родился сын, как он любит свой родной город, но жил бы в Париже…
Морис очень эмоционально, не хуже итальянца, рассказывал и жестикулировал. За десять минут он в красках описал большую часть своей жизни. В общем, он рассказал все, кроме того, как попал на корабль.
Не заметив, как пролетело время, они подошли к первому крану, за которым стояли еще три его «близнеца». Это были величественные сооружения, вызывающие восхищение инженерной мыслью. Они были похожи на четыре громадных жирафа, сделанных из стали. Но с непропорционально большими для жирафа «ногами».
Морис и не думал заканчивать свой рассказ, не обращая никакого внимания на эти громадины. Лишь пройдя мимо первых двух кранов, он остановился и спросил:
– Джон, а зачем мы сюда пришли?
– Надеюсь, скоро узнаем, Морис. Ты так и не сказал, как попал на корабль.
– А! Так у меня друг работал на норвежском судне, и у них появилась вакансия. Так я и очутился на этой работе.
– И все? Так просто? – удивленно спросил Джон, не понимая, к чему был этот подробный пересказ всей жизни француза.
– Ну да. Он мне предложил, я согласился. В то время я думал, что это очень интересная и захватывающая работа! Я наверное слишком много болтаю. Расскажи о себе. Откуда ты знаешь французский?
– Я учился на факультете лингвистики. Разговариваю на французском, немецком, арабском и английском, соответственно. Немного на китайском. Хоть я и не работал никогда по профессии, но знание языков очень даже пригодилось в моей ситуации…
– Да… Никогда не знаешь, где тебе пригодятся те или иные знания. О какой ситуации ты говоришь? Ты много путешествуешь?
– Последнее время неприлично много, – улыбнулся Джон. – Мы почти пришли.
