Каким-то чудом его удалось включить, не выронив в воду.
— Глупый малолетка, — продолжал он бормотать себе под нос, — ещё и ростом с фонарный столб! Кто с тобой спать захочет, если ты в длину не вместишься в большей части кроватей?..
Внезапно — то ли под действием вина, то ли ещё почему-то, Чу Ваньнин преисполнился смелости.
Открыв галерею фотографий, он раздражённо пролистал те, что были связаны с работой, и, не долго думая, выбрал своё селфи, сделанное в отпуске двухгодичной давности.
Тасянь-цзюню не понравилось, как он выглядит?
Что же, пусть теперь хоть глаза себе выкалывает! Наверняка найдётся кто-нибудь, кто будет не так разборчив и захочет с Ваньнином общаться, зная, какой он на самом деле.
Не давая себе передумать, мужчина подгрузил фотографию, а затем хотел уже выйти из чата, когда вдруг высветилось новое уведомление.
Тасянь-цзюнь:
“Ты издеваешься?”
Чу Ваньнин едва не выронил телефон.
Какое-то время он просто смотрел на мерцающее сообщение, не понимая, что происходит.
Затем, взяв себя в руки, решил, что не станет отвечать: мало ли, что Тасянь-цзюнь имел в виду? Наверняка на уме у него была какая-то гадость.
Но вслед за первым сообщением практически сразу пришло второе.
Тасянь-цзюнь:
“Не собираешься объясниться?”
Ваньнин громко фыркнул, едва не подавившись вином.
Он?.. Объясниться?.. С какой стати?
Это ведь не он не пришёл на свидание.
Между тем, на экране промелькнуло третье сообщение от Тасянь-цзюня:
“Человека на фото зовут Чу Ваньнин. Если не хочешь, чтобы я подал на тебя жалобу, удали.”
Ваньнина неожиданно начало отчаянно знобить, несмотря на жар разогретой едва ли не до кипятка воды и весь выпитый алкоголь.
Этот Тасянь-цзюнь знал его настоящее имя?..
Но ведь Ваньнин никогда не представлялся ему — а в чате до сих пор пользовался ником.
И… почему всё это выглядело так, словно Тасянь-цзюнь обвинял Чу Ваньнина в том, что он крадёт чужие фото?..
Пошатываясь, мужчина выбрался из ванны и направился к покрытому густой испариной зеркалу. Он был настолько пьян, что даже не подумал набросить на себя халат — к счастью, в отражении его тело попадало только по тазовые косточки.
Небрежно размазав по зеркалу рукой влагу, Ваньнин включил камеру и направил на себя.
Он был невероятно зол.
Если бы Тасянь-цзюнь соизволил явиться сегодня на фудкорт, он бы знал, как Чу Ваньнин выглядит — но, выходит, парень даже не пришёл, а теперь писал ему среди ночи вздорные угрозы.
После того, как буквально продинамил Ваньнина на свидании.
Подумать только!.. Ваньнин посчитал, что Тасянь-цзюнь пришёл, но не захотел к нему подходить, увидев, как он выглядит, но всё обстояло куда ужасней… Тасянь-цзюнь посчитал, что приходить бессмысленно.
Ваньнин агрессивно щелкнул камерой, фотографируя своё отражение в зеркале — и тут же выслал все пять сделанных фото Тасянь-цзюню одним махом.
Ему не хотелось думать о том, что кожа его мерзко раскраснелась после ванной, а сам он выглядел, словно выуженная из реки пьяная крыса.
Да, он принимал ванну.
Да, он был пьян.
Что с того? Он взрослый человек.
Тасянь-цзюню, кажется, больше нечего было сказать, а потому Чу Ваньнин со спокойной совестью снова выключил телефон и на этот раз отправился спать.
***
…Утро встретило мужчину привычной серостью, просачивающейся из-под тяжёлых тёмных штор, и беспощадной мигренью. То ли вино оказалось не самым мягким, то ли количество выпитого превосходило все разумные пределы, но Чу Ваньнин какое-то время продолжал лежать на диване, кутаясь в тонкий плед и пытаясь понять, почему он не в кровати, и где вся его одежда.
Воспоминания о прошлом вечере постепенно возвращались, но легче от них не становилось.
Он вспомнил, как прождал минут пятнадцать на фудкорте парня из приложения для знакомств, а затем, вернувшись домой, решил на голодный желудок напиться в хлам.
То, что случилось потом, было вполне закономерным продолжением вечера: кажется, он отправил Тасянь-цзюню свои нюдсы.
Какую цель он при этом преследовал, он и сам не смог бы ответить.
Телефон!..
Чу Ваньнин подскочил на месте, понимая, что вчера его выключил, и будильник, разумеется, не сработал. Или… сегодня был всё-таки выходной?
Секунд десять пришлось лицезреть мерцающий логотип, затем — ждать, пока подключатся сети.
Действительно, сегодня была суббота, так что вполне можно было бы спать дальше…
Ваньнин вздрогнул, когда пришло первое уведомление о пропущенном сообщении.
Отправленные фото нужно было срочно удалить, но он подозревал, что для этого уже было слишком поздно. Наверняка Тасянь-цзюнь их увидел.
И он был человеком, который знал настоящее имя Ваньнина.
Чу Ваньнин оцепенел, только теперь понимая, что натворил: отправил свои фото без одежды незнакомцу, тем самым подтверждая свою личность вместо того, чтобы удалить профиль, едва стало понятно, что Тасянь-цзюнь каким-то образом выяснил, кто он.
“Идиот!..”
Мужчина трясущимися пальцами открыл мессенджер, понимая, что ему всё равно придётся столкнуться с последствиями сотворённого им же хаоса, и в неверии уставился на несколько очень странных сообщений, отправленных буквально сразу после его позорных селфи.