Гришу хорошо знали и любили в городе. Это настолько раздражало власти, что в прессе даже появились издевательские заметки некоего рабочего И. Станковского с названием, которое, по сути дела, и отражало действительное положение вещей: «Кандидат в святые»», – писала о нем позднее монахиня Пелагея Самсонова.
Авторитет и одновременно степень «отстраненности» Гриши от мира была такова, что ГПУ, продержав его двое суток в камере, вынуждено было выпустить юродивого. Гриша также отличался футурологической прозорливостью, в частности, он предсказал, что через 10 лет после его смерти начнется большая война (умер он в 1932 году), а через 50 лет – возрождение России как христианской державы.
Особо чтут православные и Гену-дурачка. Подвижничество его началось на Урале в 1950-е годы. В городе Ишим он начал расхаживать в парадной офицерской форме царских времен. Украшения – погоны, кокарды, ордена – он делал из жести и подручных материалов по образцам, которые срисовывал из старинных книг. Ходил при этом босой, даже в мороз.
В 1967 году он поехал в Москву на поклонение мощам какого-то святого. Рака с мощами так потрясла его, что он сменил парадный мундир на потертый фартук с огромным карманом и повязанный поверх головы платочек. При этом красил щеки свеклой (таким он ходил до самой смерти в 1995 году).
Москву Гена-дурачок при этом не любил, само название Третий Рим считал кощунственным, потому как полагал, что Рим первый есть гнездо разврата и антихристианства (и советскую власть сравнивал с Римом времен упадка, Брежнева называл Тиберий Ильич). Как маленький, радовался техногенным авариям в городе и пропагандировал среди верующих как можно более скорый уход из Москвы в сельскую местность. «В машины вы здесь превратились. И если вам нравится такая жизнь, то почто детей в механизмы превращаете, они-то в чем виноваты?» – вопрошал он людей, собравшихся на крестный ход или какой-либо другой крупный праздник. И сам подал пример исхода из Москвы, отправившись умирать к себе на Урал (правда, «умирал» он 15 лет).
С наступлением нового времени традиционное юродство стало вытесняться поп-юродством – всякого рода магами, гадалками, диггерами, уфологами, современными художниками и т.д. Юродство снова вынуждено уходить в подполье, однако, по сравнению со временем вековой давности, оно теперь обращается не к широким массам, а к избранному кругу, способному различать традицию и новодел. Так, у старообрядцев есть юродивый Кузьма-Лоб из Орехово-Зуева. Наездами он периодически бывает в Москве, его прорицания бабушки записывают от руки, а потом передают друг другу как что-то очень ценное.
Понятно, что современное юродство обречено быть «не для всех». Ведь даже сам его вид – открытая вызывающая реклама того, чего в обществе больше всего опасаются: нищеты, безумия, отверженности. Тело, одежда, слова, действия юродивого – нестерпимый антимир для благополучной социальной жизни. Даже если обыватель испытывает уважение к святому и подвижничеству Христа ради, все равно – дурные запахи, брань, грязное тело, пищевые отходы, «место отдыха» в какой-нибудь луже, вызывающая обнаженность зимой – все эти вопиющие изнаночные стороны жизни всегда вызовут раздражение. Эпоха гламура и стремления к всеобъемлющему комфорту явно диссонирует с юродством. Правда, история в России уже лет пятьсот как бегает по кругу, а потому всегда есть вероятность «возвратиться к корням».
Последним самым почитаемым юродивым в России был Слава Крашенников, 11-летний мальчик из маленького городка Чебаркуль в Челябинской области, умерший в 1993 году.
Святой Славик, как называет его многомиллионная армия почитателей, родился в семье советского военного. Правда, по советским меркам их семья была не самой обычной. Мать Славика происходила из староверов поморского согласия, сосланных на Урал, у отца дед был лауреатом Сталинской премии, его тоже сослали при Сталине в эту глухомань.
В четыре года Славик получил сотрясение мозга и с этого момента стал пророчествовать. Время было советское, и к пророчествам мальчика поначалу относились, мягко говоря, скептически. Первой, кто обратила внимание на особый дар Славика, была его учительница Ирина Абрамовна. Вторым человеком, разглядевшим в мальчике святого, был старец Наум из Троице-Сергиевой Лавры, куда Славика в 1990 году привезли родители.
Мать Славика, Валентина Афанасьевна, вспоминала: «Именно тогда, в 8 лет, он мне поведал, что видит все внутренние органы людей и знает, о чем люди думают, что он видит все заболевания в самом начале и, оказывается, в школе он уже некоторым детям помог. Он сказал, что знает мысли нашего президента, американского президента, да и вообще мысли всех людей знает: где какие ядерные ракеты стоят и сколько, что секретов для него на земле совершенно нет».
Молва о Славике разошлась быстро, и к нему началось паломничество страждущих со всего СССР.
