Незнакомцы вернулись с одеждой Антониу. Потом они провели его в комнату, где сидели остальные члены экипажа и "рычали друг с другом". Свидетель, почувствовав уверенность, что ему не причинят вреда, внимательно осмотрелся. Среди прочих вещей — все его наблюдения интересны — он отметил коробочку со стеклянной крышкой, похожую на будильник. "Будильник" имел одну стрелку и несколько меток, соответствовавших трем, шести, девяти и двенадцати часам, как на обыкновенном будильнике. Однако, взглянув на него через некоторое время, Антониу заметил, что стрелка осталась неподвижной, и решил, что это не часы.
Символика этого наблюдения Виллас-Боаса вполне ясна. Она напоминает рассмотренные выше истории о волшебной стране, где время стоит на месте, и о великом поэте, в комнате у которого находились большие белые часы без стрелок с надписью: "Сейчас позже, чем ты думаешь". Именно такие романтические детали, характерные для многих контактов с НЛО, привлекают внимание — несмотря на иррациональный или очевидно абсурдный характер рассказа — и делают их столь похожими на сон. Антониу, видимо, подумал об этом, так как решил, что ему следует прихватить с собой какое-нибудь вещественное доказательство, и попытался украсть "будильник". Тотчас же один из сидевших гневно отвел его в сторону. Попытка захватить что-либо с собой является неизменной особенностью рассказов об эльфах и, кроме того, напоминает усилия Бетти Хилл убедить своих похитителей позволить ей взять с собой необычную "книгу", которую она видела внутри их летательного аппарата. Как и в случае с Виллас-Боасом, пришельцы отказали ей в этой благоприятной возможности убедить мир, что происшедшее с нею было реальностью. (Она еще видела некую странную карту, но о ней мы поговорим в другой главе).
Наконец один из членов экипажа жестом приказал Антониу следовать за ним на круглую платформу. Ему устроили подробную экскурсию по судну, а затем проводили до металлической лестницы и знаком предложили спуститься на землю. Антониу видел все детали приготовления к отлету и наблюдал, как летательный аппарат поднялся в воздух и через несколько секунд унесся прочь. Он отметил время: половина шестого утра. Внутри странной машины он провел более четырех часов.
Следует заметить, что очевидец сам вызвался рассказать о своем наблюдении, когда в газете появилось объявление с просьбой звонить и сообщать об НЛО. Однако он крайне неохотно обсуждал интимные стороны своего опыта и открыл их только тогда, когда на этом настоял д-р Фонтес. Как и Морис Масс, Виллас-Боас примерно в течение месяца после происшествия страдал чрезмерной сонливостью.
Когда фольклор, ветшая, переходит во второстепенные литературные формы, как и вера в эльфов, вырождаясь, превращается в известные нам сегодня волшебные сказки, он, естественно, многое теряет, особенно те "взрослые" подробности, которым непозволительно оставаться в детских книжках. Но устранение пикантных подробностей из этих дивных историй приводит лишь к тому, что они становятся не более чем поводом для изумления. Случай с Виллас-Боасом едва ли уместен для чтения в детском саду, но извлечение из рассказа эпизода с женщиной превращает его в историю без глубокого символического или психологического значения. Именно интимная сторона придает таким историям значимость и силу воздействия. Интимный (а в некоторых случаях, упомянутых Баддом Хопкинсом, и садомазохистский) компонент снабжает рассказы о похищениях эмоциональным "кодом", который делает их незабываемыми.
Без интимных деталей, то есть без рассказов о подменышах, о повитухах, о смешанных браках с джентри, о чем ни слова не говорится в современных волшебных сказках, сомнительно, чтобы предания об эльфах пережили века. Это справедливо не только по отношению к эльфам: самые замечательные случаи интимных контактов с нелюдьми обнаруживаются не в научно-фантастических романах или сказочных легендах, они, надежно охраняемые, благополучно покоятся в архивах католической церкви. Чтобы отыскать их, нужно для начала выучить латынь и получить доступ в библиотеки, где хранятся эти уникальные записи. Там есть рассказы, перед которыми меркнет даже случай с Виллас-Боасом. Я полагаю, что читатель согласится со мной еще до конца настоящей главы.
Давайте сначала внесем ясность: вера в возможность смешанных браков между представителями человеческой и нечеловеческой рас во все времена являлась следствием различных видений.
Это настолько очевидно для библейских сказаний, что едва ли нужно развивать данную мысль. Пол ангелов — самая ясная из всех теологических проблем. В романе Анатоля Франса "Восстание ангелов" Аркадий, одно из небесных созданий, говорит молодому французу по имени Морис, который обвиняет его в похищении своей подруги:
