— Есть легенда, что вурдалаком стала одна из сестер Ягужинских, — зловеще произнесла Летиция. — Порфирия. Чтобы превратиться в подобного монстра, колдуну надо отречься от всего человеческого. Отрезать ритуальным ножом тень у своих ног и полностью предать себя темным силам. А именно это и произошло двести лет назад в усадьбе Ягужинских, когда старухи пытались вернуть себе молодость. Закревский был там и описал это в своем дневнике.
— Почему же этого нет в наших архивах? — изумленно спросил Гордей.
Летиция с подозрением прищурилась.
— Так вот почему ты так часто стал туда наведываться, — произнесла она. — Ищешь информацию о Порфирии?
— Пытаюсь понять, чего добиваются Сэнтери, — ответил Гордей. — Ведь не зря они зачастили в Санкт— Эринбург.
— В архиве нет записей о тех событиях, — признала Летиция. — Эти летописи хранятся в моем личном кабинете.
Они не доступны для общего пользования. Как и все, что касается сестер Ягужинских.
— Но почему? — спросил Гордей.
— Потому что я сама сейчас пристально изучаю эти бумаги. Из-за него. — Летиция ткнула полупрозрачным ногтем в сторону Никиты. — Неизвестно, чем закончится предстоящее воплощение Иллариона. Я хочу быть готова к самому худшему.
Никита слегка побледнел.
— Но я могу рассказать о том, что тебя интересует, — сказала альбиноска. — Наследнику это тоже полезно будет послушать. Чтобы знал, как мы поступаем с силами зла. Итак, вскоре после пожара в имении, после гибели сестер Ягужинских в тех краях начались нападения на людей. Крестьяне думали на оборотней, но это было что-то другое. В лесах стали находить полностью обескровленные трупы с разорванными шеями. И тогда местные жители обратились за помощью к Закревскому. И колдун помог. Что в действительности там случилось, никто не знает. Но нападения на людей прекратились. Все это лишь слухи и домыслы… Но некоторые считают, что Порфирия вернулась после своей смерти и мстила своим убийцам. Поговаривали также, что некоторые из ее жертв сами поднимались из могил. И Кшиштоф Закревский сумел остановить эту напасть.
— Жесть… — не сдержавшись, выдохнул Никита.
— А виной всему твой предок Илларион! — сухо сказала Летиция. — Это с него все началось. Он стал наставником Ягужинских ведьм. Поэтому земля в Ягужино до сих пор считается отравленной колдовством, а те края проклятыми. Гиблое место!
— А теперь этой историей заинтересовался "Черный Ковен", — напомнил Летиции Гордей. Он хотел отвлечь ее внимание от Никиты. — И они явно не считают все это слухами и вымыслом.
— Верно, — согласилась Летиция. — Слышала, они пытались связаться с духом Порфирии с помощью медиума. Кстати. — Она обратилась к Теодору. — Надо бы поговорить с этой Феофанией. Конечно, при контакте с потусторонними существами медиум впадает в транс и не контролирует себя, но, кто знает, может, она вспомнит какие-нибудь детали разговора графини с Сэнтери.
Ее телохранитель молча кивнул.
— Как вообще они умудрились поговорить с ней? — с недоумением спросил Гордей. — Ведь старуха погребена неизвестно где…
Летиция нахмурила тонкие брови.
— Тело вурдалака сковано мощными заклятиями, но его дух можно призывать на короткое время. Это под силу лишь по-настоящему сильным медиумам. Похоже, Сэнтери знали, к кому обращаться. Я давно знаю Феофанию, она очень ленива и необязательна. Редко сдерживает данные обещания. Но при этом она хороший специалист. Одна из сильнейших медиумов города.
— Погодите! — испугался Никита. — Так вы хотите сказать, что Порфирия все эти годы находится в сознании?! Она осознает, что с ней происходит?!
Летиция медленно кивнула:
— Не стоит ее жалеть. Она сама сделала свой выбор, Наследник. Добивалась бессмертия, баловалась черной магией! Ее остановили, и теперь ей некого винить в том, что с ней произошло, кроме себя самой.
— Но это же… — Никита осекся. — Это же просто ужасно!
Глава "Белого Ковена" ухмыльнулась:
— Пусть ее судьба будет для тебя уроком. Кстати, как ты себя чувствуешь в последнее время, мальчик?
— Нормально, — осторожно ответил Никита.
— Ты уже превращаешься в пантеру полностью! — Летиция не спрашивала, она утверждала очевидное.
— Откуда вы знаете? — удивился Легостаев.
— У меня везде есть свои люди, — улыбнулась альбиноска. — Кое-кто видел твои подвиги на метеостанции в окрестностях Клыково.
Никита понял, что врать бессмысленно.
— Да, — кивнул он. — Превращаюсь. Когда хочу этого.
— На мясо тебя еще не потянуло? На кровь?
— Нет! — испуганно воскликнул Никита.
Летиция недоверчиво на него посмотрела.
— Смотри у меня, мальчик, — холодно произнесла она. — Как только ты начнешь жаждать сырого мяса, считай, что процесс полного перевоплощения начался. Ты превратишься в исчадие ада! И в этот момент я буду рядом, чтобы остановить тебя.
Никита громко сглотнул. Летиция усмехнулась, довольная произведенным эффектом.
— Засиделась я у тебя, Гордей! Пора и честь знать!
Она поднялась с дивана. Теодор молча подал ей белое пальто с пышным меховым воротником.
— Я попытаюсь выяснить, что замышляет "Черный Ковен", — сказала она. — Но ты тоже держи меня в курсе, если случится еще что-нибудь… из ряда вон.
