— Наслышан о твоих подвигах, молодой человек, — услышал он вкрадчивый голос Эраста Григорьевича. — Ты справился! И я горжусь тобой, Никита!
— Ага, — горько ухмыльнулся Легостаев. — А уж я-то как горжусь!
— Товар у тебя с собой?
— Да.
— Передашь его через полчаса во дворе школы. Встреча состоится у входа на ваш стадион. Не опаздывай.
И Бажин отключил связь. Никита взглянул на Артема.
— Что? — насторожился тот. — Бажин?
— Хочет встретиться со мной на школьном стадионе.
— Может, тебе все-таки рассказать о нем Татьяне? — предложил Артем. — Позвони ей прямо сейчас. Она поможет тебе. Неофициально.
— Она находится в таком же положении, как и я, — сказал Никита. — Ее силой удерживают в "Перевертышах". А меня — в банде грабителей! Чем она может мне помочь?
— Но что-то ведь нужно делать!
— Гордей обещал кое-что придумать. Пошли к нему, — предложил Никита, — надо рассказать ему о предстоящей встрече.
Они отправились в кабинет к Лестратову.
Гордей, развалившись за столом, смотрел последние новости. На мониторе компьютера блистала Лидия Белохвостикова с репортажем о краже в отеле "Тауэр Палас".
"Злоумышленники пока не пойманы, — тарахтела журналистка. — Стоимость похищенного изумруда составляет…"
И она назвала такую сумму, что у Никиты глаза на лоб полезли.
— Ничего себе! — просипел он. — А я-то весь день таскаю его в рюкзаке!
— Бажин на мелочовку не разменивается, — согласился Гордей. — Привет, Артем! Ты собираешься трояк по истории исправлять?
— Конечно, — с готовностью кивнул Артем, — вот только подготовлюсь. А вы пока со своими… ограблениями… разберетесь, Гордей Борисович!
Никита не сдержался и хохотнул. Гордей улыбнулся.
— Меня все больше беспокоит Лидия Белохвостикова, — признался Легостаев. — Она очень разозлилась, когда увидела меня. А Казакова сказала, что сегодня какая-то репортерша опять притащится в школу. Даже не сомневаюсь, что это будет наша голосистая подруга.
— Ей придется сильно постараться, чтобы вычислить тебя среди других, — сказал Гордей. — Она, конечно, может подслушивать на расстоянии, но потребуется прослушать сотни мальчишек этого учебного заведения.
— Наверное, ты прав, — задумчиво произнес Никита. — Но я все равно буду помалкивать. На всякий случай. Кстати, мне только что звонил Бажин. Через полчаса он приедет сюда за изумрудом.
— О! — оживился Гордей. — У меня камера уже приготовлена! Где состоится передача?
— У ворот школьного стадиона.
— Я могу спрятаться под трибунами, — сказал Гордей. — У камеры хороший объектив. Я вас увижу, а вы меня нет.
Он выложил на стол небольшую цифровую видеокамеру с длинным объективом. Никита принялся восхищенно ее рассматривать. Он всегда питал слабость к цифровым приборам.
Артем подошел к окну.
— Что вы там говорили о Белохвостиковой? — поинтересовался он. — Можете начинать играть в молчанку. Она уже здесь.
— Что?! — изумился Никита.
Он подскочил к окну. Заинтересованный Гордей подошел следом.
Во дворе школы стоял фургон с эмблемой телекомпании. Возле него прогуливалась Лидия Белохвостикова, давая ценные указания оператору, который разматывал провода.
— Черт! — выдохнул Никита. — Ни слова больше! Кто знает, может, она уже сейчас сканирует всю школу?
Артем зажал рот ладонью и испуганно уставился на Белохвостикову. Он знал о ее способностях, Никита не так давно просветил его на ее счет. Белохвостикова обладала феноменальным слухом, подобным слуху летучей мыши. Она улавливала то, что происходило в другом районе города, и всегда вовремя прибывала на место очередной сенсации. Благодаря этому Лидия заслужила репутацию самой пронырливой репортерши города.
Кроме острого слуха, Лидия обладала еще одной пугающей способностью: она умела издавать мощный вопль, от которого рушились стены и разлетались стекла по всей округе. Никита и Гордей недавно испытали ее способности на собственной шкуре и хорошо понимали, что лучше не сталкиваться с этой женщиной в темном переулке.
Никита взглянул на часы. До встречи с Бажиным оставалось десять минут.
— Ну что, пойдем? — шепотом спросил он у Гордея.
— Конечно, — кивнул Лестратов.
— Тебя я с собой не зову, — шепнул Никита Артему. — Это слишком опасно.
— Да я и не рвусь, — выдохнул тот. — К тому же мне в столовую пора.
Никита и Гордей отправились на стадион. По пути Легостаев прихватил в гардеробе куртку и набросил ее себе на плечи.
У ворот стадиона друзья разделились. Гордей направился в сторону трибун и вскоре скрылся из виду. Никита остался у ворот и натянул на голову капюшон. Солнышко припекало. Совсем скоро можно будет ходить без теплой куртки и кататься на скейтборде, который всю зиму пылился на шкафу в его комнате.
Никита прислонился спиной к ограде, медленно огляделся, пытаясь понять, где именно скрывается Лестратов: Гордей наверняка уже настраивает свою камеру. В этот момент к нему подошел какой-то парень. Высокий, худой, сероглазый, с густой копной темных волос. Никита тут же узнал его. Это был Ликой, один из тех, кто недавно напал на него на вокзале.
— Привет! — хмуро кивнул ему Ликой. — Я от Эраста Григорьевича.
