– Лин, за окном дождь. Не видела? – сказала я, указывая в окно в коридоре главного корпуса школы.
– Ой, и вправду, – остановилась она, отпуская мое запястье. У Лин была от природы сильная хватка, поэтому рука у меня стала слегка болеть.
– Ладно, тогда идем в кафетерий, – сказала Лин и снова, схватив меня за руку, потащила через весь коридор. Спустя несколько метров, она внезапно остановилась и повернулась, потащив меня совсем в другом направлении.
– Ты куда? Кафетерий в той стороне… – говорила я ей, пока она мчалась со всех ног. Она мне не ответила, и словно на автомате неслась вперед, волоча меня за собой как привязную собачку.
– Лин, куда ты меня тащишь?! – отдернула я наконец руку. Лин остановилась. Она быстро повернулась ко мне и подошла так близко, что я видели лишь ее глаза, которые были чем-то сильно обеспокоены.
– Это Алан, и я не хочу с ним видеться, – ответила она шепотом.
– И вся причина лишь в этом?
– Вся причина – Алан, пойми, – повторила она снова.
– Я пойму, если ты перестанешь так на меня смотреть. Мы ведь далеко ушли, чтобы он тебя увидел.
– Я знаю.
– Так что?
– Ничего, ничего, – ответила Лин перебирая пальцы.
– Можем ли мы пойти в кафетерий?
Я знала уже ответ наперед, но мне хотелось услышать от нее нет, чтобы потом я одна могла пойти. Гнусно с моей стороны, но я с утра не завтракала.
– Конечно же, нет!
– Ну я ушла, – сказала я, и поплелась в направлении к кафетерию.
– Что? Ты меня отставляешь?
– Я не пропущу свой завтрак, прости! – крикнула я, заворачивая за угол в другой коридор и оставляя свою подругу стоять одну.
Все столики были уже заняты компаниями подростков, когда я вошла внутрь. Было видно, что на улице шел дождь, раз все сидели внутри. На завтрак был сэндвич с индейкой, йогурт и апельсиновый сок. Я села на ближайший пустой стол, и вместе с трапезой, я начала просматривать фотографии в инстаграме. Прокручивая ленту, я снова наткнулась на Алана. В этот раз на фотографии была изображена школа и шел дождь. Фото было сделано в тусклых и мрачных оттенках, отчего школа становилась словно чужой, более жуткой. Выложено полчаса назад, а на снимке было уже пятьсот отметок «нравится».
– Кажется, это моя фотография, – сказал Алан, присаживаясь возле меня. Я так засмотрелась, что не заметила, как он сел неподалеку. Почувствовав себя в неловком положении, я перелистнула ленту вниз, будто и не было никакой фотографии.
– Да, – ответила я, поворачиваясь к нему. Его волосы и рубашка были в каплях от дождя. Он не смотрел на меня, а лишь убирал крошки сэндвича со стола. Темно-каштановые волосы были взъерошены, а пряди свисали от воды. Я посмотрела на его руки, которые были такими же тонкими, словно играли на пианино.
–Что? – спросил он, не смотря на меня. Его голос был низок, но мелодичен.
–Что? – повторила я вопрос.
– Ты засмотрелась на меня, – ответил он, и я тут же залилась краской. Его лицо также оставалось неприкасаемым.
– Да, извини, – ответила я, и мы ненадолго погрузились в неловкое молчание,
– Ты не думал стать фотографом?
– Возможно, когда-нибудь, – ответил он, словно с неохотой.
– Я серьезно. У тебя это хорошо получается.
– Спасибо.
Разговор тянулся тягучей смолой. Мне хотелось чувствовать себя проще, как это бывает у Лин. Вместо этого, я перебираю в голове слова и мысли, которые можно высказать и которые нет. Алан уже закончил со своим завтраком и теперь обрабатывал свои фото на телефоне. Мне было интересно, о чем он думал. Ведь он всегда молчал, что делало его не больше, как закрытым, а загадочным. Я поняла, почему он нравился Лин. Да, Алан был симпатичным, но это было не все. Ее привлекало то, что он был не похож на других парней. Ему не нужно ничье внимание или репутация, которая всех в школе так сильно волновала. Он был собой; в нем не было никакой фальши. Все, чем он занимался, было лишь от его собственного желания. Это было важно.
Я начала собираться, чтобы бежать на урок изобразительного искусства.
– Увидимся в классе, – сказал он.
Я забыла, что мы вместе посещали этот урок.
– Хорошо.
Я уже собиралась уходить, как вдруг:
– Лиз?
– Да?
– Хочешь поучаствовать в съемке? – спросил он неожиданно. В голову сразу пришла картинка меня в роли модели. Я неуверенно повернулась.
– В смысле, как модель?
– Да, только один раз.
– Ну… Хорошо, а что мне нужно делать?
– Ничего необычного. Лишь позировать.
– Окей, а почему тебе не попросить кого-нибудь другого?
– Гм, ладно, – буркнул он.
– Нет, я могу. Просто для меня странно то, что ты попросил именно меня.
– Так ты сможешь?
– Да.
– Отлично. Позже, я сообщу все детали.
– Окей.
Я переменялась с ноги на ногу, пока он снова не достал свой телефон.
– Не хочешь пойти со мной?
Алан остановился листать телефон и выпрямился.
– Хорошо.
Пока мы шли до кабинета, мы мало говорили. Хотя мне показалось, что ему было комфортно находится со мной. Словно с собой. На телефон пришло уведомление.
Дабы скрыть улыбку, я прикрыла рот, будто зевнула. Алан этого не заметил.
