Дождь уже закончился. Осталась лишь вода, стекающая с крыши школы. На небе вышло солнце; оно медленно прогревало землю, моментально испаряя всю влагу. Мне нравилась такая погода – в воздухе пахло дождем, и было снова приятно почувствовать лучи солнца, греющие спину. Хоть и говорят, что в Сан-Франциско однообразная погода, временами она бывает причудлива. Пусть здесь никогда не выпадает снег и не бывает метелей, это не делает его погоду скучной. Летом здесь жарко; иногда бывают и пасмурные дни без дождей. Зимой можно прогуляться в легком пальто, не боясь, что отморозишь себе конечность. Конечно, я хотела бы ощутить холодный, мягкий снег под пальцами рук, и не прочь была бы попасть под Лондонский дождь.; но все это – другая погода. Не для Лиззи из Сан-Франциско. Мимо проходили школьники, а в ушах у меня играла "The Neighbourhood – Lurk". Немного депрессивная песня, но вполне подходит для такой погоды. Во время прослушивания песни и прогулки, я словно отделяюсь от мира и вовсе не существую в нем. Физически я здесь, но морально меня нет. Для меня это своего рода спасательный круг от реальности.
Красный свет светофора… Зеленый свет. Выключив музыку, но не убирая наушники, я спокойно переходила дорогу. На момент, я взглянула на перекресто. Дорога была такая широкая, казалось, чтобы дойти до противоположного тротуара, тебе понадобится, как минимум, двадцать секунд. На момент, находясь посередине дороги, смотря на все эти машины, мне стало невероятно страшно. Раньше я никогда не боялась широких дорог или машин; могла спокойно переходить дорогу и без светофора. Сейчас же я почувствовала надвигающеюся паническую атаку. Я осознала, что стою посередине этого чертового перекрестка вокруг всех этих машин совсем одна. Внезапно, с правой стороны послышался сигнал. Я успела повернуть голову и увидеть, как на огромной скорости ко мне неслась машина. Тут страх парализовал меня полностью. Словно остолбенев, я не смогла передвинуть ногу. Я думала мне конец. За долю секунды я представила свою смерть. Меня сбивает машина, я умираю на месте и мой труп несут в больницу. Мама, Лин плачут надо мной, и я вижу свои похороны, куда является Дилан. Все так и произойдет, и так закончится вся моя жизнь. Прямо здесь на дороге. Автомобиль приближается, и я чувствую, как внезапно, кто-то с силой вытягивает меня на тротуар, и секунда с визгом пролетает мимо. От состояния шока, у меня было ощущение, будто я тонула и меня вытащили на берег. Я жива. Жива благодаря моему спасителю, которым был, к моему удивлению, Алан. Он выглядел встревоженно, и немного тяжело дыша, протягивал мне руку. Я поднялась и увидела множество удивленных глаз, смотрящих прямо на меня. В крови у меня бурлил адреналин, а легкие так и гоняли воздух снизу вверх.
– Спасибо… – сказала я, отряхивая песок с ладоней. Голова все еще кружилась.
– Ты в порядке? В следующий раз, будь осторожней. Так и покончить собой можно. Ты это хотела сделать? – спросил меня Алан, смотря прямо на меня. Его зеленые глаза глядели на меня с сильным беспокойством.
– Нет, я просто… Внезапно испугалась, – ответила я, переводя дыхание. Мы простояли еще несколько минут, пока я приходила в себя. Алан не отходил; когда я успокоилась, он молча пошел в том же направлении, куда и я.
Мы шли в тишине. Было немного неловко, не считая обстоятельств, но, похоже, Алана все устраивало. За это время я вдруг осознала, что все это случилось именно так, как в типичном сюжете фильма о подростковой любви. Девушка стоит на пороге смерти, а ее спасает какой-нибудь парень. Они начинают общаться, влюбляются и случается хэппи энд. То ли от остаточного шока вперемешку с этими нелепыми мыслями, я начала смеяться. Алан посмотрел на меня с недоумением.
– Просто… – пыталась сказать я через смех, но каждый раз, когда я пыталась это сделать, он предательски вырывался наружу. Я знала, что Алан наверняка подумал, что это все выглядело максимально странно. Набрав как можно больше воздуха в легкие, я все-таки произнесла:
– Понимаешь… Я вдруг почувствовала себя героиней романтического кино о подростках. По сюжету, ты меня спасаешь, и мы влюбляемся. Все живы и все счастливы.
– А ты смотришь такое?
– Признаюсь! Смотрю.
Алан вдруг усмехнулся. Забавно видеть то, как он улыбается. Он похоже немного вырос за последний год. В смысле, он был высоким, просто не таким, как сейчас. По моим расчетом, я могла достать лбом до его кончика носа. С Диланом история была, конечно, печальнее – моя голова была на уровне его плеч. Его кожа была светлая, но не такая бледная как у Дилана. Я почему-то не перестаю их сравнивать друг с другом. Отчего каждый раз, когда я вижу Алана, я представляю Дилана возле него.
– Линдси любит их больше, конечно. Эту ваниль, – улыбнулась я, – а я больше предпочитаю смотреть ужасы, – Алан лишь кивнул в ответ.
– А ты? – спросила я Алана, в надежде завязать разговор.
– “Техасскую резню бензопилой” смотрела? – подправил он свой рюкзак, все еще не глядя на меня. Возможно, он просто не хотел показывать мне свои истинные эмоции.
