Вот она — его гроза. То чувство, что никогда не удавалось мне полностью понять. В один момент Артем тёплый и близкий, согревает как весеннее солнце, а в другой — холоден и неприступен, ледяная глыба. В голове крутятся слова Дианы: «Рано или поздно он развернется и уйдет».
— Я… я пойду спать. Спокойной ночи, — я мямлю, оставляя его в покое.
Желание прореветься растет, и к тому времени, как добираюсь до своей комнаты, я бегу прямиком в ванную. Щеки обжигает от слез. Ощущение, что все возвращается на круги своя. Кажется, мое сердце слегка разбили. Я просто дура. И наивна.
— Глупая Мила. Фальшивые отношения. Вот, что это, — приваливаюсь к стене, сдерживая рыдания.
Смываю с себя эту ночь. Бар, чужие прикосновения с моей кожи, резкие слова Артема… Выхожу из душа и сразу же замечаю на подушке бутылку воды с пачкой таблеток.
— Да гори ты в аду, Мартынов!
Почему он одновременно и мудак, и заботливый?
Следующим утром пролистываю онлайн-магазины в поисках новогодних подарков. Моя голова чувствует себя не лучшим образом после ночи в клубе и пролитых слез перед сном. Артем уехал, не сказав ни слова. Отправился неизвестно куда, в то время как я все утро сижу в своей комнате, выходя только за едой.
— Так, папе, конечно же, галстук, — размышляю вслух, — а маме… может быть, серьги? Так, Диана и Маша…
На экране появляется сообщение от неизвестного абонента. На мгновение я колеблюсь, затем решаюсь открыть его.
'Тик-так, два дня, Милена.
Жди своего любимого с пулями.
В СЕРДЦЕ'.
Телефон выскальзывает из рук и приземляется на кровать. Меня начинает трясти, как от сильного холода, но это лишь внутренний страх… А если с Артемом уже что-то случилось?. Проклятье… Проклятье! С каждой секундой паника начинает захватывать все сильнее, сжимает горло и сводит тело. Кое-как нахожу номер Артема в списке контактов. Кусаю губы до боли, сглатывая металлический привкус крови.
— Пожалуйста, возьми трубку! Пожалуйста!
— Мила? — голос Артема звучит спокойно, с ноткой удивления. Хватаюсь за сердце, которое отбивается о грудную клетку.
— Ты жив?
Какой-то нереальный вопрос, но я понимаю, что это единственное, что могу спросить сейчас.
— Да как-то не собираюсь умирать. Что не так? У тебя все хорошо?
— Васильев прислал мне сообщение! Уже прошло два дня, а я так и не отдала ему деньги, — тараторю, аж кружится голова. — Он собирается убить тебя! Я… я… не знаю, что делать, я… — под конец из меня вырывается всхлип.
— Мила, успокойся, — серьезный тон разрезает мою истерику. — Не выходи из квартиры. Я скоро буду, но до тех пор не открывай никому.
Образы того, как Артем попадает в аварию или его снова подстреливают, проносятся перед глазами.
— А что, если что-нибудь случится, пока ты будешь в дороге?
— Ничего не случится, — обещает он. — Мне нужно, чтобы ты не грохнулась сейчас в обморок, потому что тогда я точно врежусь в кого-нибудь, пока еду к тебе.
Я пытаюсь расслабиться и выдыхаю, откинувшись на спинку кровати.
— Он написал, что выстрелит тебе в сердце.
— Пусть попробует.
— Тёма! Я серьезно!
Прикусываю губу. Вырвалось в порыве импульса. Мне все еще можно его так называть?
— Я тоже серьезно. Я скорее умру от твоей руки и отравления едой, которую ты приготовила.
Его шутка какой-то долгожданный выдох в этой напряженной обстановке.
— Ой, заткнись! Возвращайся скорее.
— Я в тридцати минутах езды.
— Черт, мне страшно! — я признаюсь. Пальцы сжимаются в кулаки, словно это может как-то помочь удержать эмоции под контролем. — И ты избегаешь меня.
Мгновение тишины, которое следует за моими словами, разрывает на части.
— Это не так.
— Не ври мне.
— Это не так, — повторяет Артем. Складывается впечатление, что он убеждает больше себя, чем меня. — Мне нужно было время подумать.
— Значит, ты отталкиваешь меня?
— Нет. Я не могу, — у меня сбивается дыхание. Что это значит? — Если я отталкиваю тебя, тогда почему превышаю гребаное ограничение скорости лишь бы вернуться и убедиться, что ты в безопасности?
Слова странным образом отдают где-то в груди.
— Я… я не знаю.
— Вот и я тоже. И, честно говоря, не хочу копаться в этом сейчас.
— Будь осторожен.
Скидываю вызов. Я не готова говорить с Артемом о чувствах, ведь едва понимаю свои.
По ощущениям эти полчаса затянулись на несколько, каждая минута тянется та-ак долго, и звук открывающихся дверей наполняет облегчением.
— Милена?
Выбегаю из комнаты и чуть не сбиваю Артема с ног. Крепко обнимаю за шею, ноги оборачиваю вокруг его бедер. Он сразу же заметно расслабляется, подхватывая меня. Реагирует мгновенно, держит крепко. Ощущение безопасности, что меня окружает, сливается с радостью внутри.
— С тобой ничего не случилось?
Смущенно наблюдаю за ним сверху вниз и отрицательно качаю головой.
— Прости, — отталкиваюсь ладонями и соскакиваю на пол также быстро. Это было слишком… нахально. Артем поджимает губы, но не настаивает и отпускает.
— Где твой телефон? — брови хмурятся, но его гнев направлен не на меня. По крайней мере, я надеюсь… Протягиваю телефон Артему, и он убирает его в карман. — Мне нужно позвонить кое-кому и разобраться с этим. Ты голодна?
— Да как-то не…
