Богдан сидел возле своего скутера на корточках и подтягивал гайки с болтами динамометрическим ключом. Скутер был китайской сборки. Осторожность не мешала. Лучше самому убедиться в том, что средство передвижения исправно и у тебя по дороге не отлетит колесо. Армейская жизнь приучила Богдана к порядку.
– Что вы тут делаете, товарищ прапорщик?
Князев поднял глаза и увидел больного на голову «десантника», подошедшего к нему. Вовка был одет теперь как дембель. Вот только тельняшка на нем была старая, рваная. На груди красовались аксельбанты чуть ли не в руку толщиной, сплетенные из серебристого шнура.
– Скутер ремонтирую. Куда ты так вырядился? На смотр?
– На рыбалку, товарищ прапорщик, – отчеканил Вовка.
– Во-первых, в армии не всегда обращаются так, как написано в уставе. Обычно отношения попроще. Это на плацу только надо щелкать каблуками, чеканить шаг и говорить «товарищ прапорщик». Можешь звать меня просто Богданом.
– Так точно, товарищ прапорщик.
Князев вздохнул.
– А аксельбанты лучше сними, – посоветовал он.
– Почему? Я старался, целую неделю на них потратил, пока сплел.
– Потому что это крутой неуставняк, – на жаргоне пояснил Богдан, не любивший, когда военнослужащие расфуфыриваются.
– Как это?
– Формой одежды не предусмотрены. Такие аксельбанты в царской России носили только тюремные надзиратели. На груди на витом шнурочке висел карандаш, чтобы записывать было сподручно.
– Тюремный надзиратель – это плохо, – согласился Вовка, снимая «крутой неуставняк» и пряча его в карман.
– Тюремный надзиратель – не плохо и не хорошо. Это профессия.
– Так я на рыбалку иду, вот за вами и заскочил, – напомнил Вовка.
Князев задумался. До заступления на дежурство времени хватало. Можно было и на рыбалку сходить.
– А где снасти? – спросил он.
«Десантник» хитро прищурился.
– В схроне. У меня много баз со всем необходимым. Закладки делаю. Десантнику без этого никак. На случай наступления боевых действий. Наука выживания. Я и голыми руками рыбу поймать могу.
– Ну что ж. – Богдан подкрутил еще один болт и спрятал динамометрический ключ. – Тогда садись, поехали.
– Квадроцикл, конечно, круче, но у вас машина тоже хорошая.
– Дрянная, хоть и новая, – поставил диагноз Князев.
Вовка вскочил в седло. Князев газанул, но мотор заглох. Пришлось заводить его снова. Скутер с трудом тянул на себе двух мужчин, но Вовка был в восторге.
– Надо всем десантникам квадроциклы выдавать. Представляете, товарищ прапорщик, как враг удивится, когда увидит, что на него такая армия движется! – Вовка нес откровенную чушь.
Богдан его не слушал, включался, когда тот подсказывал дорогу. Князев решил ехать полевыми и лесными тропинками, чтобы не нарваться на гаишников.
– Скоро приедем, – пообещал Вовка. – К озеру сворачивайте.
Они выехали к камышам.
– Ну и где твой схрон? – спросил Богдан.
– Ловко я все замаскировал. Никто не найдет.
Вовка забрался в тростник, разбросал срезанные стебли, сдернул камуфляжную сетку. Под ней оказалась латаная надувная лодка с парой весел. В ней лежали какие-то мешки и удочки.
– Где ты ее взял? Мы на дно не пойдем?
– На помойке нашел. – «Десантник» не стал обманывать старшего по званию. – Какой-то дурак выкинул. А ей еще плавать и плавать. Заклеил, завулканизировал. Лет десять продержится.
– Вулканизировал где? На шиномонтаж таскал?
– Я все своими руками делаю. На шиномонтаже нужно деньги платить. Вы не сомневайтесь, у меня на базе все есть, и паяльник, и вулканизатор.
– На какой базе?
Вовка осмотрелся, не подслушивает ли кто, затем прошептал.
– Никто не знает, где она. А база у меня подземная. Там можно и ядерную войну пересидеть. Туда свет подведен. Я вам потом покажу. Вы сами удивитесь, товарищ прапорщик.
Вовка не успокоился, пока не продемонстрировал Богдану надежность плавсредства, реанимированного в таинственной подземной базе. Он вытащил лодку на берег и стал прыгать на ее бортах, как на батуте.
– И вы попробуйте. Видите, какая крепкая?
Прыгать Князев отказался.
– Верю, что не утонем.
– Тогда прошу на борт десантного судна.
– Военные бывают только корабли, а судно – оно всегда гражданское, – поправил Богдан.
– Вот же! – удивился «десантник». – Век живи, век учись. Теперь буду знать. Спасибо за подсказку.
Вовка не пустил Князева сесть на весла. Он греб сам, распевая при этом про батяню-комбата и горящие танки. Князев любовался пейзажем. Огромное озеро. На нем теплоход, идиллические крыши коттеджей «Дубравы» на берегу. Богдану не хотелось думать о том, что в них временами происходило. Да и циклопическая бетонная ограда портила впечатление, казалась чужеродным элементом на лице этой прекрасной земли.
– Вышли в заданный квадрат. Суши весла! – приказал сам себе Вовка.
– Якорь бросать будем? – поинтересовался Князев.
– Не надо.
– Ты наживку не забыл? – вспомнил Богдан, взял удочку и тут же обнаружил, что на ней нет лески и крючка.
– Удочки – это маскировка, – тихо и загадочно произнес Вовка. – Обман для противника. У меня другие снасти, собственного изобретения. Мы на сома пришли. Его удочкой не поймаешь. Сом – рыба донная, хитрая.
Князев не знал, как ловят сомов.
