Он не ответил, смотря на монету в своей руке. Брюнет перевел взгляд на меня и неожиданно бросил мне монету. Я успела ее поймать. Она была очень холодной. Я посмотрела на монету и ничего особенного не увидела.
— Она не ценнее тебя, — услышала и подняла взгляд на парня.
Меня сравнивают со старой монетой? Отлично…
— Ну, спасибо, — тихо пробурчала, вертя в руке монету.
— Всегда пожалуйста.
Я чувствовала на себе его взгляд. Меня бросило в жар от нелепого смущения.
— Я уйду ненадолго, — сказал он и встал.
— Куда? — испуганно спросила я.
— Туда. Не выходи из комнаты.
— Разве он не сможет войти если захочет? — неуверенно спросила.
— Тебя охраняют. Брюнет подошел к двери.
— Подожди!
Я вскочила с кровати, бросив монету на нее.
— Что? — спросил раздраженно брюнет.
— Я…схожу в ванную…подождешь?
Он глубоко вздохнул.
— Иди.
Брюнет пропустил меня вперед.
Я быстро справилась с делами и вернулась в комнату. Он сидел на кровати, дожидаясь меня.
— Спасибо.
— Не верится, что я этим занимаюсь, — покачал он головой, вставая.
— Чем?
— На сегодня вопросов достаточно.
Брюнет ушел, перед этим погладив меня по голове. Я чувствовала унижение и смущение, но терпела.
Спустя приблизительно час, кто-то постучался в дверь. У меня чуть сердце не остановилось. Я тут же подумала, что это Олег. Но дверь приоткрылась и в комнату заглянула девушка. Она все так же была в мужской майке.
— Мне скучно. Этот придурок ушел и ничего не сказал, — произнесла брюнетка, закрывая за собой дверь.
Она подбежала к кровати и плюхнулась на живот. Я почти целый час сидела на краю кровати, разглядывая монету и прокручивая воспоминания, пытаясь найти выход.
— Что это у тебя? — спросила она.
Брюнетка попыталась выхватить из моих рук монету, но я тут же вскочила, спрятав ее в кулаке.
— Это просто монета. Она не моя. Я не могу ее тебе отдать.
Я села на другую сторону кровати, все так же крепко сжимая монету.
— Странная ты. Давно ты с ним?
— Что?
— Давно встречаетесь?
Я пожала плечами, не зная что сказать. Я боялась ей рассказать, что здесь происходит. Может, она останется живой? Не хочу чувствовать вину. Тогда я ошиблась…и это стоило человеку жизни…
— Он хоть в постели хорош? — насмешливо спросила она. — Выглядишь несчастной.
Я сглотнула.
— Да уж. Я думала с тобой будет весело, но здесь еще скучнее.
Брюнетка глубоко вздохнула и перевернулась на спину.
— Ты не знаешь куда он ушел?
— Нет, — ответила, даже не спрашивая о ком она хочет узнать.
В какой-то момент мне показалось, что тени в комнате странно колыхнулись, но потом я убедила себя что это неправда. Просто показалось.
— Я не хочу знать твое имя, — перебила я девушку, когда она попыталась представиться. — В этом нет смысла.
Брюнетка заметно обиделась, но все равно начала рассказывать "какой козел был ее бывший и как хорош в постели нынешний".
Я почти не слушала ее, раздумывая о словах и странностях этих парней.
Когда пришел брюнет и увидел девушку на кровати, он очень разозлился и почти что с рычанием выпроводил ее.
— Она сама пришла, — испуганно сказала я.
Брюнет внимательно осмотрел меня. Его глаза остановились на уровне моих коленей. Он подошел, присел и разомкнул мой кулак, забирая монету. Только сейчас я заметила что почти не чувствую ладонь, которой держала монету.
— Я ничего с ней не делала и никому не отдавала, — начала я оправдываться.
Брюнет бросил монету на стол и взял мою ладонь в свои руки, согревая ее. Было такое чувство, как будто я не монету держала, а засунула руку в снег на несколько часов.
— Я знаю, — произнес странным задумчивым тоном.
Когда он наклонил голову и прикоснулся теплыми губами к центру моей ладони, меня бросило в жар.
Когда он наклонил голову и прикоснулся теплыми губами к центру моей ладони, меня бросило в жар.
— Мой отец любил нас всех, пока не появились его создания. Хоть он и говорил, что любит, в его глазах было восхищение не нами. Он превратил нас в рабов, которые должны служить им. А тех, кто противился, изгнал, все так же на служение его творению. И вот, в любом случае выходит, что мы служим.
Он говорил тихо, опаляя горячим дыханием мою ладонь. Брюнет оставался в позе «преклонения», как бы глупо это не звучало. Его глаза были закрыты, голова опущена к ладони. Еще чуть-чуть и он может просто положить голову на мои колени.
— Вечная проблема между родителями и их детьми. Я понимаю, — неуверенно тихо произнесла я.
— Не думаю, — возразил он, вскинув голову.
Наши глаза встретились, и время замерло.
— У тебя было плохое детство?
Он усмехнулся.
— Обычное.
— Кем ты хотел стать? — спросила я первое, что на ум пришло.
Мне нужно было что-то спрашивать, но почему-то сейчас в голове было сложно сложить нормальный вопрос.
Брюнет молчал, неотрывно смотря на меня.
— Я вот…в детстве очень хотела стать русалкой. Это так глупо, — сказала я и попыталась улыбнуться.
— Русалкой? Хм.
Брюнет провел ладонью по моей щиколотке. Даже сквозь ткань я почувствовала этот жар, заставив меня вздрогнуть.
