Тишина, спасающая, спасительная.
Мечтает ли узник однажды пересечь границу и увидеть наконец Вселенную с той стороны?
Дверь в главный зал распахнута.
Как будто кто-то ждёт её. Как будто она приглашена.
Что это за звуки? Неужели где-то капает вода?
«Тебе кажется», — произнесла она вслух.
Хриплый голос прозвучал слишком громко в пустом зале. Никогда и никому она бы не призналась, что этот зал всегда пугал её. А теперь она осталась с ним один на один.
Она и Паргелион.
Сила зарычала внутри. Сила разгоралась, сила вспыхивала миллионом маленьких огоньков, сила шипела рвущейся из тесных оков водой, свистела порывами ветра, наливалась тёмной материей земли.
Гесса подошла к самому центру, где сверкал в лучах заходящего солнца узорчатый круг установки.
«Вода из воздуха», — громко сказала она, нащупала сознанием первую ось и дала силе выйти.
Тем временем Кейра собрала всех младших детей, а заодно и тех, кто постарше, и повела их на площадку. В Кайро сегодня почти никого не было. Отличный день для нападения — так она подумала. Уже давно не случалось такого обхода, на который собралось бы столько народу. Кто-то ушёл на охоту, кто-то работал в огороде за территорией. А ей в очередной раз выпало смотреть за детьми. И как, по их мнению, она должна развлекать сорок человек? Сорок два, если посчитать этих идиотов. Да, она не слишком жаловала комплиментами своих товарищей — Кеса и почему-то болтавшегося с ним Корина. Сейчас ей некогда было думать, как эти двое вообще могли оказаться вместе. Она просто заявила им тоном, не терпящим возражений, что они должны присмотреть на младшими детьми. Кес пытался что-то мямлить, но она только махнула рукой и, добавив, что, если они решат свалить куда-то до её возвращения и оставить прочих, она уж найдёт способ с ними расквитаться, собрала рассыпавшиеся волосы в хвост и убежала по направлению ко входу.
Кейра, возможно, незаметно для остальных, которые в последнее время были заняты более важными вещами, из неказистой надоедливой девчонки превращалась в молодую девушку, достаточно умную для своих двенадцати лет, чтобы понять: с Гессой творится что-то неладное. Во-первых, её вид определённо внушал опасения. Что только она принимала? Кейра не имела ни малейшего понятия, но почти чёрные белки глаз явно не могли дойти до такого сами собой. Потом, магик явно хотела скрыть скрыть своё состояние — в комнате было полутемно, верхнее окно закрыто, где-то в глубине горел тусклый огонёк лампы. И голос у Гессы тоже был странный — нервный, хрипловатый, как будто чужой. Что с ней такое? И зачем ей понадобилось, чтобы все дети вышли из помещений?
Было очевидно, что Гесса собирается сделать что-то без свидетелей. Конечно, Кейра не посмела бы её ослушаться, и не из-за боязни наказания. Гесса пользовалась большим уважением и любовью детей и почти всех взрослых в Кайро. А тех, кто по какой-либо причине имел зуб на неё, можно было просто не принимать в расчёт. Но всё-таки увиденное очень обеспокоило Кейру, и она, отчасти из-за природного любопытства, которое выдавали большие яркие глаза-хамелеоны, отчасти из-за разрастающегося страха решила пойти и посмотреть, что собирается делать Гесса. А все остальные и так прекрасно проведут время на площадке.
Сначала она забежала в Рай — посмотреть, не пришёл ли кто. На всякий случай. Конечно, пока не было нужды бить тревогу и кого-то вызывать, но не помешало бы убедиться, что таковая возможность имеется. Но в Раю было пусто. Что за дела? Ни Эси, ни остальных. Может, они на складах? Или в морозильнике разделывают заячьи тушки? Надо бы посмотреть, но ладно — слишком уж далеко.
