— Это противоречит логике и здравому смыслу, — заявила леди Амелия Кавершем, старшая и единственная дочь герцога Олдрета, своей кузине Элинор. — Мне уже следовало бы найти себе мужа с таким же титулом.
— Ты знакома с несколькими, — ответила леди Элинор Керкленд. — Вот только никто из них, кажется, не горит желанием жениться на тебе. Вопреки всякой логике, как ты верно заметила, — добавила она в качестве утешения. Однако ее слова отнюдь не подбодрили Амелию.
Вряд ли стоило искать сочувствия или хотя бы толику элементарного такта у Элинор. Эта девушка была невероятно прямолинейной. Можно было лишь надеяться, что она повзрослеет и избавится от этой черты. Впрочем, учитывая то, что шестнадцатилетняя Элинор уже отличалась весьма зрелыми суждениями во всех жизненных сферах, это вряд ли случится. В любом случае Амелия, твердо решившая выйти замуж за герцога еще в детстве, предпочла бы более мягкую формулировку, чем та, что была легкомысленно высказана ей прямо в лицо.
Она дочь герцога.
Ее брат, наследник Олдрета, тоже однажды станет герцогом.
Девушке всегда казалось справедливым и вполне логичным, что и она станет женой герцога. А как же иначе?
Что же не так с нынешним поколением этих представителей высшего света, и почему ее планы так сложно претворить в жизнь? Разумеется, вся вина лежала лишь на мужчинах, а уж никак не на ней. Амелия была очень подходящей партией для достойного человека, к тому же в высшей степени открытой для предложений. Любой претендент на ее руку мог быть уверен в этом, ибо девушка всю свою сознательную жизнь тщательно работала, чтобы соответствовать титулу. Любой герцог должен быть счастлив сделать ее своей супругой.
Она завязала знакомство с тремя из них, но ни один, казалось, не проявил к девушке ни малейшего интереса. Это было более чем странно, и Амелия не имела ни малейшего понятия, что с этим делать. Вообще-то у нее имелась одна идея, но довольно своеобразная.
Она была отнюдь не уверена, что леди в поисках высокопоставленного мужа может пойти на пользу скандал. Подобная мысль казалась довольно опасной.
— Знаешь, как бы я поступила на твоем месте? — Синие глаза Элинор загорелись. — Нанесла бы визит леди Далби и попросила ее о содействии. Только посмотри, как удачно все решилось с Луизой, и к тому же крайне быстро. Пожалуй, с помощью Софии ты сможешь выйти замуж уже к понедельнику.
Последнее высказывание казалось сомнительным, поскольку на дворе была среда. Впрочем, не было почти ничего невозможного, когда за дело бралась леди Далби. София, как называли ее многие близкие друзья, была в прошлом куртизанкой, которой двадцать лет назад удалось довести до алтаря графа. Довольно скандально, но все же… Если уж она смогла женить на себе дворянина, разве не будет еще проще подыскать достойную пару для герцогской дочери?
Нет, это было бы слишком рискованно. Отец как следует отругает ее, если узнает о ее планах. Герцог Олдрет весьма заботился о своей репутации, это, несомненно, распространялось и на его детей.
Вместе с тем он не так уж много времени проводил дома, чтобы допытываться, чем занимается и где бывает его дочь.
— Да он об этом даже не узнает, — ответила Элинор, изучившая его стиль жизни не хуже Амелии.
— Разумеется, он будет в курсе. — Откинувшись на диван, обитый шелком в голубую полоску, девушка лениво рассматривала лепнину на потолке. — Но только со временем.
Элинор, чей отец не слишком интересовался тем, как проводят время его дети, было нелегко понять непростой характер Олдрета.
— Когда еще это произойдет? Стоит ли думать о том, что будет потом, когда тебе необходимо заполучить герцога в самые ближайшие дни?
Прямо в точку.
— К тому же разве ты не считаешь, что твой избранник, как только он войдет в твою жизнь, сможет прекрасно поладить с твоим отцом?
Это было довольно сложно представить, поскольку Олдрет был властным, деспотичным и подружиться с ним было весьма нелегко. Удастся ли это кому-нибудь? Девушка принялась мысленно перебирать знакомых мужчин. Да, среди них был один, вне всяких сомнений, способный найти общий язык с герцогом. Но хотела бы она сама выйти замуж за такого человека? Брак с властным мужчиной чреват серьезными проблемами. Мать Амелии, насколько она ее помнила, никогда не могла противостоять мужу, да и можно ли было ее в этом винить? Никто не мог сойтись с Олдретом. Может быть, это удастся Софии?
Несомненно, та не боялась никого и определенно была в состоянии справиться с кем угодно. Даже с самым трудным в обращении мужчиной. Амелии казалось очень обидным, что она не могла сказать того же о себе. Похоже, девушка напрочь лишена таланта управляться с мужчинами.
— Кажется, ты совершенно уверена, что я выйду замуж за герцога, — мягко произнесла она, продолжая созерцать потолок.
— Ну разумеется. — Элинор поудобнее расположилась на стуле с бежевой шелковой обивкой. — А ты разве так не думаешь?
— Да как тебе сказать… Желание — одно, а реальность — нечто другое.
