- Мы должны громко отметить твое выздоровление! Как только ты вернешься в особняк герцога Солсбери, на следующий же день он устроит прием в твою честь! А я очень хочу послушать, как ты будешь петь! Моя, всегда сидящая в углу девочка, наконец-то будет вызывать восхищение! Я уже вижу, как ты, изящно подходишь к роялю и озаряешь всех нас своим ангельским пением. Валери, я всегда гордился тобой, но сейчас мне больше не нужно переживать за твою судьбу. Если ты будешь счастлива, буду счастлив и я. Может на этом балу ты еще не сможешь танцевать, но впереди тебя ожидает множество приемов. Твои ножки не будут давать тебе покоя до самого утра.
Валери слушала радостную и немного сбивчивую речь Роберта и понимала, что сейчас он находился в эйфории и не мог здраво оценивать ее перспективы. Дело было не только в хромоте, но и в ее внешности, положении и деньгах. А еще у нее по-прежнему был шрам, безобразно уродующий ногу. Ее ровная походка меркла на фоне остальных недостатков. Вряд ли ее шансы возрастут, даже когда она перестанет хромать. Но переубеждать отца она не хотела. Сама жизнь сделает это за нее. Да и не чувствовала Вал необходимость кому-то нравится. Живого отца ей было достаточно.
Возражать на счет приема она тоже не стала и согласилась спеть, чтобы не разочаровывать его, но после бала они сразу уедут. Об этом она пока умолчала, чтобы Роберт не проговорился о ее планах Говарду, которому это точно не нужно знать.
Валери вышла из дома доктора Уилкинса под руку с отцом. В свободной руке она все еще держала трость, но больше не опиралась на нее, чтобы мышцы больной ноги начали работать так же как у здоровой. Вал снова прихрамывала, но не из-за защемления, а слабости мышц, которые вызывали тянущую и покалывающую боль, но эту боль она легко терпела. Больше не было прострелов и приступов.
Теперь Валери была полностью уверена, что поправится. И это отражалось в ее сверкающих глазах и лучезарной улыбке, которые она невольно дарила Говарду. Он последним распрощался с доктором, догнал ее и Роберта Вудса у коляски, подождал, когда Вал заберется внутрь, пропустил перед собой Роберта, а затем сел сам.
Говард расположился напротив Валери и принялся рассказывать о готовящемся приеме. В своей речи он одинаково обращался к ней и Роберту, и Вал не отводила от него глаз, когда он смотрел на нее. Ей было горько. Горько от того, каким гадом все таки был Говард, и от того чувства, которое он вызывал в ней. Две недели вдалеке не помогли ей разлюбить его, и сейчас Вал дала себе слабину, рассматривая подлеца.
Завтра, как только она покинет Лондон, Говард останется в еще одной ее прошлой жизни. Их у нее уже будет две, а рядом с отцом начнется и третья.
- Милая, ты порадуешь отца и исполнишь на приеме не одну, а все песни, которые пела в загородном доме герцога Солсбери?
Роберт смотрел на нее с такими гордостью и надеждой, что Валери зарделась, от чего ее щеки зарумянились. Она не могла отказать счастливым глазам отца.
- Я попробую. Но мне нужно обязательно их повторить. После прошлого выступления я больше их ни разу не пела. Придется Саманте не один час провести за роялем, наигрывая мне все мелодии.
Стоило Вал сказать о подруге, как мужчины замялись и неловко переглянулись.
- Понимаешь, - робко начал Роберт, - Саманта с Брендоном уже как две недели переехали в свой дом на Риджен-стрит, и, сколько бы раз я не посылал им записку о встрече, они все время отвечают, что заняты. Поэтому я не знаю, сможет ли Саманта помочь тебе.
Вал нахмурилась, непонимающе смотря то на отца, то на Говарда.
Что случилось, пока она находилась в доме доктора? Насколько она успела узнать Нельсонов, такое поведение было им не свойственно. Да и Саманта не захотела бы упустить возможность целыми днями находиться рядом с предметом своего обожания.
- Но почему они уехали? - все таки не выдержала Вал. - Насколько мне известно, до моего посещения доктора они никуда не собирались?
- Они сказали, что жили в доме Его Светлости только из-за тебя, - взялся объяснять Роберт. - А раз ты осталась у доктора, то и им не было смысла оставаться у Его Светлости.
Ах вот в чем дело! С ее отъездом стало невозможно продолжать пари. Видно Брендон решил уберечь сестру от соблазна в виде Говарда и поскорее съехал. Побоялся, что друг не выдержит и поцелует Саманту до завершения пари. Зачем искушать судьбу и рисковать репутацией семьи, подвергая сестру опасности? Это же не тоже самое, что рисковать репутацией бедной дочери эсквайра!
В груди Вал снова зашевелилась злость на спорщиков.
- Но они же приедут на прием? - обратилась Вал к Говарду только для того, чтобы убедиться в правоте своих мыслей.
- Вчера им было отослано приглашение, но подтверждение еще не пришло.
Валери иронично усмехнулась про себя. В то, что Нельсоны прибудут на бал, она нисколько не сомневалась. Все хотели достигнуть своих целей.
- Раз Саманта не сможет мне помочь, нужно найти кого-нибудь другого. О! Можно пригласить Джипси. Она знает весь мой репертуар.