— Не увлекайтесь так сильно вином с утра, маркиз, — спокойно сказала она, продолжая раскладывать карты. — Дамы, ради всего святого, закройте рты!
— Я думал, что… — начал Филипп, убирая оружие в ножны. — Что у вас…
— Я знаю, о чем вы думали.
— Я думал, что это будет забавно, и я смогу удивить дам столь неожиданным появлением, — нашелся маркиз и почувствовал себя невероятно глупо. Графиня была права, надо поменьше вина и ревности, желательно, тоже. С чего он взял, что у Элиан сейчас кто-то есть? Какой ты глупый Филипп!
— И вам это удалось, без всяких сомнений, — едко заметила графиня.
— Филипп, с тобой все хорошо? — Беатрис подошла к нему и положила руку ему на лоб. — Ты горишь, у тебя жар!
— Успокойся, сестренка, все хорошо, — маркиз поцеловал руку сестры. — Простите, дамы, я…
Его пошатнуло.
— Никуда вы не пойдете, — решительно заявила дю Сорель. — Останетесь здесь, пока не придете в себя. Жюли!
В комнату вбежала служанка:
— Мадам?
— Приготовьте для нашего гостя комнату и проводите его туда.
— Слушаюсь, мадам. Идемте, господин.
Филипп молча кивнул и пошел вслед за служанкой. Отлично, на несколько дней он теперь гость у Элиан и за ним даже будут ухаживать ее слуги, что может быть лучше? Быть может, у него появится шанс как-нибудь ночью попасть в покои хозяйки?
— Жозефина, дорогая, я умоляю тебя, приди уже в себя! — донесся до него голос Элиан.
— Позвольте спросить, что за спектакль вы разыграли сегодня? — возмущенно спросила Элиан, войдя в покои, где временно расположился Филипп.
— Никакого спектакля, уверяю вас, — спокойно ответил он, делая маленький глоток подогретого вина с корицей. — У меня действительно был жар.
— Был! — воскликнула она. — Если теперь все хорошо, то вам пора домой.
— Ох, — выдохнул маркиз. Он пошатнулся, прижимая руку к груди. Элиан инстинктивно подошла к нему, но, заметив улыбку, отпрянула. — Видите, я все еще слаб.
— Вы шут и балагур.
— Ничуть. Понимаете, что-то мне подсказывает, что вы немного ближе к цели, чем мне бы этого хотелось. Я не могу позволить вам так легко выиграть.
— Я думала, что мы играем честно.
— Разве? — Филипп удивленно поднял брови. — Мы заключили пари, где жертвой может оказаться моя сестра и репутация всех нас, о какой чести, позвольте, идет речь?
— Хотя бы о моей!
Маркиз мягко рассмеялся.
— Вы серьезно? Все еще наивно полагаете, что моя сестра такая уж легкая добыча?
— Если это не так, тогда почему вы здесь?
Улыбка сошла с лица Филиппа.
— Я здесь из-за вас. Не могу находиться далеко от моей обожаемой графини столь продолжительное время.
Элиан медленно набрала в грудь воздуха.
— Послушайте, маркиз. Буду с вами откровенна. Ваш напор и ваши чувства, конечно, льстят моему женскому самолюбию, но, — она сделала паузу.
— Но? Что?
— Но я не хочу вас, увы.
Д’Эрлеви лукаво улыбнулся.
— Тогда выиграйте, Элиан. Если сможете. Но, если проиграете, — он резко притянул ее к себе. Графиня хотела оттолкнуть его, но у Филиппа была железная хватка. — Вы — моя. И только моя. Столько, сколько я захочу. От вас уже ничего не будет зависеть.
— Вы монстр! — прошептала Элиан, все еще пытаясь вырваться.
— О, нет! — засмеялся маркиз. — Вот если я вас возьму прямо здесь…
Прижимая графиню к себе одной рукой, другой он начал задирать ей юбки.
— Отпусти меня, ты! — Элиан хлестала его по щекам, но Филипп лишь крепче прижимал ее к себе. Второй рукой он уже почти спустил с нее нижнее белье. Но потом резко отпустил, и, как ни в чем не бывало, спокойно произнес:
— Я не чудовище. Если бы я хотел взять вас силой, я бы это сделал. Теперь, вы, надеюсь, в этом не сомневаетесь.
Графиня тяжело дышала. Повисла долгая, гнетущая тишина, в которой было слышно лишь их дыхание.
— И почему же вы не сделали этого?
— Это не мой стиль.
Кивнув, дю Сорель отвернулась. Подойдя к двери, Элиан, остановившись, обернулась:
— Телом, быть может, вы так и не поступаете, Филипп. Но то, что делаете вы с душами…
Не договорив, она вышла, аккуратно прикрыв дверь и оставив его в одиночестве.
Элиан держала руку Беатрис в своих ладонях, поглаживая ее пальцы.
— Ты всегда желанная… гостья в моем доме, — графиня нежно прикоснулась губами к щеке собеседницы.
— Благодарю. Но мы и так доставили тебе множество хлопот, — Беатрис посмотрела на брата с укором.
— Я, пожалуй, оставлю вас, дамы, — сказал Филипп, забираясь на коня. — За мое отсутствие, боюсь, накопилось много дел. Надеюсь, скоро мы с вами увидимся. Счастливо.
Он цокнул языком и лошадь послушно побежала рысцой.
— Да, мне тоже пора, дорогая, спасибо за гостеприимство, эти две недели я провела с удовольствием, — Беатрис изящно впорхнула в карету.
— Я искренне надеюсь, что в ближайшее время мы вновь сможем насладиться обществом друг друга.
— Обязательно, — де Эспри высунула руку в окно, Элиан ее пожала. — Трогай.
Кучер щелкнул хлыстом, карета, качнувшись, покатилась в том же направлении, в котором несколько минут назад исчез Филипп.
