Я увидел, что при этих словах аскарлийская девушка поджала губы – движение едва заметное, остальные и внимания не обратили, но мне оно рассказало кое-что исключительно важное. Я внимательно следил за её лицом, пока она слушала, как Герта пересказывает ей просьбу Лорайн. Ответ девушки был таким же кратким, как и предыдущие. Однако я заметил кислое затаённое чувство, которое позднее в жизни узнал как юношеский идеализм, столкнувшийся с реальной жизнью.
– Она из Альдвиргельда, самой южной провинции земель, управляемых сёстрами-королевами Аскарлии, – перевела Герта речь Беррин. – Она и её друзья состоят в чём-то под названием
В ответ на этот перевод губы Беррин едва заметно презрительно изогнулись, хотя она неплохо это скрыла. И снова я предпочёл не делиться тем, что это мне сказало.
– Фанатики, – заключил Декин. – Воины, посвятившие себя Альтварам, аскарлийским богам.
– Наверное, – сказала Герта, и замешательство исчезло с её лба, когда Беррин продолжила. – Несколько месяцев назад из-за моря явился человек, посланник того, кто зовёт себя Истинным Королём Южных земель.
– Самозванец, – предположила Лорайн. – Так значит, он искал союза с сёстрами-королевами.
– Она говорит, что королевы его не приняли, – перевела Герта чуть позднее. – Но ему разрешили говорить с кем угодно, кто станет слушать. Он пообещал великие дела сильным духом воинам, которые придут и сразятся с ненавистными южанами. И не только золото: ещё и земли во Фьордгельде, которые будут возвращены сёстрам-королевам, как только Самозванец получит трон.
Декин насмешливо фыркнул.
– Они с этими щенками и правда верят в это дерьмо?
– Она говорит, что Фьордгельд это священный долг
– А вот это жаль, – сказал Декин, сочувственно улыбнувшись Беррин. – Потому что оно им понадобится, чтобы купить проезд домой. Я хочу узнать о битве. Насколько сильно проиграл Самозванец?
От этого вопроса лицо аскарлийки потемнело, а в ответе, который она выпалила, явно слышался гнев.
– Она говорит, что он потерял не больше пары дюжин человек из своего войска, – пояснила Герта. – Как она говорит, Самозванец узнал о приближении армии Короны и свернул лагерь прежде, чем те смогли атаковать. Аскарлийцы сдерживали их, пока большая часть толпы Самозванца не убралась. А она и остальные – это всё, что осталось. Уже несколько дней они убегают от королевского войска.
Я увидел, как Декин самодовольно глянул на Лорайн, а потом снова повернулся к северянке.
– Не скажу, что я удивлён. Если этот дурачок с мечом хоть сколько-нибудь показателен, то эти скард-райкены в битве не справятся и с кучей облепленного мухами дерьма. Не говори ей это, – устало добавил он, когда Герта начала переводить его слова.
Декин перевёл взгляд с девушки на меня, приподняв бровь.
– Итак, Элвин, эта фанатичная поклонница ложных богов врёт или нет?
На меня произвело впечатление то, как Беррин умудрилась выдержать мой пристальный взгляд, и при этом смущённо опустив брови. Я уверен, остальных это убедило в том, что она понятия не имела, что следующие мои слова могут означать её смерть. В предыдущие месяцы Декин всё чаще обращался к моей способности определять неправду – по его словам этот дар происходил от весьма острых глаз и привычки слишком много думать. Ничего магического в этом не было, всего лишь инстинктивная способность чувствовать лживость в сочетании голоса и выражения лица. Я не всегда оказывался прав, что имело неприятные последствия для тех, кто говорил правду неубедительно. Но я был прав чаще, чем неправ, во всяком случае, надеюсь на это.
Пожалуй, моё положение ещё немного укрепилось бы, если б я сообщил всё, что увидел на лице Беррин, но я не стал этого делать. Вместо этого я повернулся к Декину и покачал головой:
– Если она и врёт, то у неё получается отлично.
Декин глянул на Райта. Но каэрит не взглянул на девушку, и как будто даже не особенно интересовался тем, что она сказала, а просто смотрел в огонь, теребя в пальцах один из амулетов на ожерелье: вороний череп с какими-то выгравированными крошечными буквами. Подняв глаза, он едва заметно кивнул Декину, а потом продолжил любоваться огнём. Я увидел, как Лорайн неуютно поёрзала от этого безмолвного обмена. Я и раньше предполагал, что она косо смотрит на редко упоминаемую, но очевидную зависимость Декина от предполагаемых прозрений Райта. Одно дело ты разбойник, и совсем другое – еретик, ведь это навлечёт осуждение не только со стороны закона, но и со стороны Ковенанта. А такое бремя официального неодобрения опасно даже для короля разбойников.