Но бесплатным бывает только сыр в мышеловке. Об этой простой истине я забыл, когда с нескрываемой радостью принимал предложение мсье Ури.
Одной из проблем погружения в закрытый мир «коробок» было наличие постоянной партнерши. В идеале – жены или постоянной любовницы. Но мысль, что я отдам на сексуальное растерзание свою девушку, мне претила. К тому же эта гражданка должна быть без комплексов и претензий. Ничего не зная о моем задании, она должна работать безотказно и иметь свой интерес. При этом должна быть сексуальной, привлекательной, воспитанной, контактной и неглупой, чтобы обмен выглядел достойным. Вот какой длинный перечень требований к партнерше у меня получился.
Среди русских путан, которых в Париже пруд пруди, я нашел девушку по имени Тома. Молодую, красивую, умеющую хорошо одеваться, с роскошной фигурой и хорошими манерами. Она училась в Сорбонне на медицинском факультете и подрабатывала на дому с постоянными клиентами. Мы договорились, что деньги она будет получать за каждое посещение «коробки», но спать со мной ей не придется. Впоследствии Тома призналась, что работать моей партнершей в «коробках» она согласилась бы и бесплатно. Говорила, что ей доставляет удовольствие само общение с хозяевами жизни. Она объясняла, что женщин в мужчинах привлекают не сами деньги, а та харизма, которая сделала их богатыми и могущественными. Сила, которой от природы награждены одни и которой начисто лишены другие. А именно такими харизматичными мужчинами и были постоянные посетители этих дорогих клубов. При этом от денег она не отказывалась. А мне-то что – платила моя контора.
Та же контора внесла за меня целых десять тонн евриков – годовой членский взнос в один из самых престижных клубов Парижа, что открывало мне двери и в другие заведения.
Вообще внедриться в хорошую «коробку» оказалось делом непростым. Нужны были рекомендации. О них тоже позаботился таблоид. Я подозреваю, что кто-то из его руководителей был любителем подобных развлечений. Может, и сам мсье Ури. То-то он расписывал мне прелести этого тайного ордена.
И вот, в первый раз мы с Томой собрались в «коробку». Это был клуб «Рояль» в Версале. Нас туда по наводке таблоида провела одна пара, так как при первом посещении кто-то должен был дать свои рекомендации. Вечер начался с красивого ужина за длинным столом на двадцать четыре персоны. Строго соблюдался дресс-код: мужчины в смокингах, а дамы в бриллиантах на обнаженном теле. Квартет, состоящий из прелестных юных девушек, одетых в концертные платья, тихо играл в углу что-то из Моцарта. Впечатление было такое, что мы оказались в филиале Версальского дворца – лакеи в камзолах, серебряные приборы, золоченые канделябры, отменная кухня. Все было чинно, как на настоящем королевском приеме.
Одной из моих соседок за столом оказалась красивая итальянка, на которую я сразу положил глаз. Она охотно принимала мои ухаживания, в ответ строила глазки и смущенно прикрывала щечки маленьким веером. Эта ее застенчивость смотрелась особенно пикантно, потому как никакой одежды на девушке не наблюдалось.
Мы разговорились.
– Джиоконда, – представилась она, – это значит «счастливая».
Она была студенткой университета в Болонье и приехала сюда вместе со своим постоянным любовником – профессором теологии. Мы с ним обменялись вежливыми приветствиями. Он в свою очередь сразу запал на Тому, старался ей угодить, и думаю, если бы она попросила, мог бы прочесть ей пару лекций о целибате. Но сегодня Тому интересовали другие темы. Профессор это понял и отпускал витиеватые комплименты по поводу ее бюста, который действительно того стоил.
После десерта мы поднялись из-за стола и переместились в бар. Я нежно прикоснулся к спине Джиоконды, она вздрогнула и улыбнулась. Во время медленного танца сказала мне, что они с профессором тут частые гости. Прилетают в Париж на уик-энд и расслабляются. А я признался, что здесь впервые, и попросил Джиоконду провести экскурсию.
Все залы клуба были оформлены как королевские будуары. Но были там и другие аттракционы. Один из них пользовался большим успехом. В центре обшитой глухим черным бархатом комнаты стоял высокий спортивный мат, огороженный клеткой. На него сверху падал узкий луч света. Какая-то пара, закрывшись изнутри, улеглась на это возвышение и предалась страсти. Мужчины, собравшиеся вокруг, протянули руки сквозь прутья клетки и принялись ласкать все части тела этой красавицы, до которых могли достать. Она, страстно целуя своего партнера в губы, извивалась под ласками множества чужих рук и, судя по всему, испытывала невероятное блаженство. На мой непросвещенный взгляд, все это выглядело довольно странно.
– Видишь, как ей хорошо? Ты понял почему? – спросила Джиоконда, прижимаясь ко мне.
– Нет, – честно признался я. – В чем тут кайф?
