Нужно отдать должное художественному чутью режиссера. Пролог фильма, отснятый в «зольнике», сразу же настраивал зрителя на трагический лад. Этот абсолютно мертвый пейзаж находился в резком контрасте с шестеркой белых лошадей, влекущих роскошную королевскую карету, и с наряженной в золото и парчу свитой и дворцовой челядью. Шествие украшали холеные псы, дикие звери в клетках и диковинные птицы в руках у слуг. Получалась очень выразительная сцена.
А теперь представь себе, как происходит киносъемка. Чтобы снять эпизод, со всей Эстонии собрали павлинов и мраморных догов, пригласили гастролирующий цирк зверей, переодели в средневековую форму солдат из местного гарнизона, отрепетировали и…
– Кадр одиннадцатый, дубль первый. Мотор! Начали! Карета пошла! Свита пошла! Массовка, почему не приветствуете короля? Выше мечи и палицы! Кричите громче! Что кричать? Что хотите, потом переозвучим. Почему лев уперся? Кольните его в зад копьем! Куда понесло лошадей? Почему свита отстала? Стоп! Еще раз!!!!
И так целый день с самого раннего утра. Все уже измотались, а хорошего дубля все нет. Объявили перерыв.
Исполнители главных ролей и режиссер уехали на машине обедать в местный ресторан. Остальных не отпускают и кормят прямо на месте бутербродами. Если разбредутся, потом не собрать. Солдаты расположились на склонах кратера, как в амфитеатре цирка. Ждут армейскую кухню. Кто-то загорает на солнышке. Хозяева животных кормят своих питомцев. И в этот самый момент…
Хозяйка принимавшего участие в съемках здоровенного королевского дога, молодая, но некрасивая женщина, наклонилась над своей сумкой. А этот здоровенный пес
Можешь себе представить, какую бурную реакцию вызвала эта сцена у многочисленной аудитории. Сначала раздался хохот, а потом послышались озорные шуточки и соответствующие советы догу.
Женщина оцепенела. Потом, страшно покраснев, стала звать на помощь, так как самостоятельно выбраться из звериных объятий не могла. Какие-то доброхоты пытались ей помочь, но нарывались на злобный рык и оскал страшных челюстей этого сексуального разбойника. Всем своим агрессивным видом он демонстрировал, что никому не отдаст свою собственность.
Защитники дамы отступили, поняв, что отогнать пса невозможно. К тому же никакие увечья гражданке не грозили. Просто дог в смелой форме дарил хозяйке свою преданность и любовь. Да и хозяйка как-то смирилась со своей участью.
Больше всех радовались солдаты, уставшие в своих казармах от боевой и политической подготовки. Они не только хохотали до слез, но и принялись хлопать в ладоши в такт движениям дога, все ускоряя и ускоряя темп.
Следует отметить, дог демонстрировал замечательное чувство ритма и завершил наконец свое черное дело.
Я думаю, что эта картина надолго осталась в памяти присутствующих. Тем более что пейзаж, блестяще выбранный режиссером, придавал ей такую яркость и выразительность.
Съемочная группа моего телесериала собралась в зарубежную экспедицию. Когда дирекция узнала, что я отправляюсь к месту съемок на машине, меня попросили захватить с собой часть аппаратуры. Остальная группа полетела самолетом, а я и наш администратор Витек, которого выделили мне в качестве сопровождающего, сели в машину и отправились в западном направлении по федеральной трассе М-1. На втором часу пути мой спутник – высоченный, здоровый парень, слегка смахивающий на молодого лося, задремал. «Дурной пример заразителен, – подумал я. – Не ровен час и я засну за рулем».
Растормошил я его и говорю:
– Так не пойдет. Ты спишь, а я работаю. Давай развлекай водителя. Расскажи какой-нибудь анекдот.
– Не знаю я анекдотов, – зевнул Витек.
– Не обманывай. Вспоминай.
– Ладно. Только вы начинайте. А я потом подхвачу.
– Хорошо. Начнем с такого. Один человек встречает своего друга, а тот совсем грустный. «Что случилось?» – «Ужасная история. Три месяца назад я был на охоте в Африке, заблудился в джунглях, споткнулся, выронил ружье, наклонился, чтобы его поднять, а тут, откуда ни возьмись, выскочил огромный орангутанг, схватил меня сзади и поимел. Теперь я места себе не нахожу…» – «Ну, успокойся, – утешает его приятель, – мало ли что бывает. Не грусти». – «Как же не грустить, – отвечает тот. – Ведь уже три месяца прошло, а от орангутанга ни письма, ни телеграммы…»
Усмехнувшись, Витек сказал:
– В реальности бывает и хуже…
– Что ты имеешь в виду?
– Свою жизнь.
– Расскажи…
– О, это целый роман, – с готовностью отозвался мой спутник и начал повествование.
