Екатерина и Тимофей были постоянно слегка на ножах, что, впрочем, не мешало им нежно опекать и спасать друг друга в критичных ситуациях. Втайне каждый из них претендовал на роль лучшего турменеджера по европейским направлениям, что и вызывало иногда жесткие споры: каждый хотел заполучить хорошего клиента на постоянное обслуживание.
В отличие от вышколенного Тимоши Катерина была резка, чересчур прямолинейна с туристами, но иногда, на удивление, это действовало довольно эффективно. Тимофей находил дорогу к сердцу клиента и – параллельно! – кошельку, пробираясь узкими, извилистыми тропами, вытаскивая из багажа своих необъятных знаний информацию на любой вопрос, даже еще не заданный. Зачастую это мешало. Рассказывая очередной исторический анекдот, Балакин забывал забронировать билет по хорошему тарифу, и клиент платил больше. Вздыхал, но не очень сердился, успокаиваясь тем, что пообщался с умным человеком. Значит, полагал он, и сам не дурак.
Екатерина шла напролом: отправляемые ею факсы пестрели ошибками, зато поспевали вовремя: схватить спецпредложение, поймать последний билет, выбить совсем уж фантастическую цену. Она никогда ничего не забывала, экономя деньги туристов так, как будто это были ее собственные. Идеальный порядок на столе, идеальный порядок в голове – это была Катерина. Время на уговоры тоже не тратила. Как-то, увидев в офисе постоянную клиентку, Ларису Быстрову, разглядела, что та беременна. Тут же, не стесняясь, предложила: «А почему бы вам в Швейцарии не родить?» Ларисе, зашедшей в офис оформить поездку для старшей дочки, идея понравилась. В итоге в агентстве появился еще один турист.
Вера ценила обоих менеджеров, периодически разнимая их и верша праведный суд по поводу и без. Однако сейчас ей хотелось добраться до своего кабинета и позвонить. Позвонить
Вера наконец дошла до кабинета, который делила с администратором Валентиной. Та, имея какую-то сверхъестественную интуицию, мгновенно почувствовала: есть тема. Валентина знала все про всех. Про сотрудников, клиентов. Как ухитрялась располагать всех к себе – оставалось загадкой. От нее в «Эсперанс-тур» узнавали, кто с кем разошелся и кто с кем сошелся. Кто кого кинул и за что. Кто страдает, а кто уже утешился и с кем. Валентина не злоупотребляла хранившейся в ее памяти «базой данных», не создавала опасных моментов, а, напротив, предупреждала их. Ее дар играл немаловажную роль в подборе путешествия и выборе комфорта. Она могла без стеснения брякнуть застенчивому Тимофею: «Алик с подружкой едет, а ты «твин» бронируешь, он потом тебе вставит, что «кинг сайз бэд» не сделал». Или Дашке: «Не парься для Олениной. Своих денег у нее нет, а муж после развода больше, чем на три звезды не даст. Даже не ищи другое».
Такова была Валентина, задавшая тут же, с порога, главный вопрос: «Ну что? Звонили?»
– Кому? – Вера сделала вид, что смысл вопроса не понятен.
– Да французу этому? В письме который был.
– А тебя вообще клиенты интересуют? Спросила бы, как там прошло. Не сильно ли доставали?
– Да они уж доложились. Звонили. Олег Прутков даже шампанское передал. Говорит, здорово все было, только дождь лил.
– Ладно, кофе тащи, расскажу все.
Вера не стала живописать историю в деталях, сделав акценты пунктирно: звонила. Встретилась. Узнала. Пила сидр.
– Не урод? – Валентина зрила в корень.
– Кто? Старикашка этот русский? Или тот, кто умер?
– Да ладно вам, будто не понимаете… Тьерри этот…
– А-а… Да нет, сойдет… Обещала поблагодарить Соломонова от его имени.
– Так чего мы не звоним?
– Ты же пристала с вопросами. Посмотри телефон по базе, у меня под рукой нет.
Валентина стала искать номер телефона Соломонова, а Вера собиралась с духом. Почему-то вдруг защемило, вспомнилось, как дрогнул его голос: «Может, не о том мечтал…»
Номер не отвечал. У нее вспотели ладони – так было всегда, когда начинала нервничать.
– Да давайте Нинке вашей позвоним, ее же клиент, – Валентина, догадливая наша, имела решение на любую проблему, на то и администратор.
Набрали телефон Нины.
– Привет, дорогая, как ты? Куда пропала? Что там у вас в столице? Как бизнес? Клиенты есть? – Нина сыпала вопросами, будто оттягивая опасный момент. Или, может, показалось? Стало ясно: что-то произошло. Так бывает – напряжение обостряет интуицию до такой степени, что уже наперед знаешь ответ.
– Отлично все. Вот только что из Парижа вернулась. Группу корпоративную возила. Нормально прошло. Да, кстати, как там наш Соломонов? Я ему кое-что обещала привезти, но что-то не дозвонюсь, – вложив в интонацию максимум беспечности, замерла в ожидании ответа.
