Было очень смешно, я рассмеялся еще сильнее и предложил тебе, после завершения эксперимента, выпить кофе. Обнял тебя, поцеловал. Ты сидела в моей рубашке и крутила клипы Roxette на видео.
– Давно ты проснулась? – спросил я.
– Да, около семи утра.
– То есть, ты уже три часа проводишь надо мной бесчеловечные эксперименты?
– Нет, до этого просто смотрела на тебя. Очень хочу есть, а ты спишь, поэтому терпеливо жду.
Мы встали, оделись, и я приготовил завтрак.
Мы сидели друг напротив друга, за большим столом, я смотрел на тебя, и улыбка не покидала мое лицо. Ты смеялась, шутила: что-то неуловимое, новое появилось в твоем взгляде, что-то стало иным. Ты смотрела на меня с любопытством, словно это было первое, что ты начинаешь испытывать в новой для себя ситуации. Взгляд твой стал теплее, но я все еще не понимал твоего ко мне отношения. Ты хорошо его скрывала или ещё не осознала сама.
Вдруг ты вспомнила, что необходимо быть в школе. Я заметил, как на твоем лице мелькнуло едва заметное сожаление и неприязнь, и немедленно поинтересовался, почему.
– Мои одноклассники – идиоты, я там совершенно лишний человек. При этом меня не беспокоит их мнение, само собой. Но все равно неприятно, когда эти идиоты выговаривают, что я отсталая только из-за того, что я с ними не пью водку, как другие из класса, и не курю. Они считают меня тупой и называют уродиной. Мне неприятно, что они позволяют себе такое. Бесит, передергивает!
– Они тебе такое говорят? – Переспросил я настороженно.
– Да, причем постоянно. Мне и моей подруге. Я и школу-то сменила только потому, что после моего перехода в 175-ю она осталась одна среди этих недоумков. Мне показалось, друзья так не поступают.
– Допустим, что про друзей ты преувеличила, друзья поступают весьма разнообразно и чаще не как друзья. Я все же считаю, тебе было бы лучше доучиться в нашей, 175-й школе. Но хорошо. Поедем, прокатимся до твоих одноклассников.
Ты удивленно посмотрела на меня.
– Зачем?
– Я же обещал проводить тебя до школы. Если хочешь, можешь сесть за руль.
Ты в восторге приняла мое предложение, и мы покатались по окрестностям. Твое умение водить мотоцикл крепло. Затем я все же посадил тебя сзади, и специально выждав время, чтобы подошли все твои одноклассники, подъехал к школе. Ты прижималась ко мне крепче, чем обычно, всем телом. Обнимала.
Я заехал прямо во двор школы, чтобы лично разглядеть их. Они стояли плотной группой.
Я остановился в 50 метрах от них, ты спрыгнула с мотоцикла.
– Милая, я жду тебя сегодня вечером у себя! – Сказал я громко, поцеловал тебя в губы, потом еще раз, и уехал. На повороте я оглянулся – ты смотрела мне вслед и улыбалась. До боли в сердце захотелось вернуться и забрать тебя, но я сдержался. На сегодня было много задач. Я надеялся, что вечером увижу тебя.
Но вечером, вернувшись от матери, я нашел в дверях записку от тебя, что ты не можешь сегодня приехать ко мне, так как твоя семья переезжает, и ты вынуждена им помогать. Ты написала, что очень хочешь увидеться, и надеешься, что завтра мы сможем провести день вместе. Телефона у тебя не было, а мне очень хотелось позвонить.
На следующий день я все же поехал к тебе, и мы провели прекрасные три часа на природе, сидя около пруда. Ты очень любишь подолгу бывать у воды, вглядываясь вдаль. Октябрь выдался теплый – солнце оставляло на воде свои блики. Обычно ты увлеченно считаешь гусей или рассуждаешь о природных силах Вселенной, но сегодня ты полностью была со мной. Мы бродили по сосновому склону, целовались, шутили. Несколько раз, в шутливой форме, ты говорила мне, что не можешь понять мои намерения.
– Неужели ты до сих пор думаешь, что все произошедшее – мой каприз? – Удивленно переспросил я тебя.
– Не совсем каприз. – ответила ты. – Что-то вроде очередного акта победы над моим существом.
– Забудь эти гонки, прошу тебя. Мне это не нужно. Мне хорошо сейчас. Это пагубно – так неверно думать о моих мотивах. – Улыбнулся я. И мы снова, до боли в губах целовались на берегу. Я несколько раз пытался соблазнить тебя прямо там, но ты аккуратно осаждала мой пыл, объясняя, что на нас смотрят. В итоге, к вечеру я увез тебя в твою квартиру, где ты затеяла уборку. Я хотел настоять на своей помощи, но ты категорически отказалась, запретив мне вмешиваться в личные дела твоей семьи.
Я уехал домой, занялся переводами, и вскоре отвлекся.
Зазвонил телефон, я снял трубку – это была ты. Меня смешила твоя вежливая привычка дойти до соседствующего с моим дома, чтобы набрать мой номер через телефон-автомат. Ты спрашивала, жду ли я тебя еще.
– Конечно, да! Пожалуйста, приходи! Я очень тебя жду! – Я горячо затараторил. – Захвати с собой еды, у меня нет ничего сегодня. Я много работал, ужасно голоден.
Ты пообещала что-нибудь достать.
Я вновь увлекся переводом, и через час ты позвонила в мою дверь. Последующее происходящее было для меня абсолютным сумасшествием.
