— Ну и какое у тебя мнение об этом деле?
Спрошенный покачал головой.
— Пока еще я себе его не составил, Ник.
— Ты чувствуешь себя еще слишком слабым, чтобы рассказать мне все?
— Послушай, Ник, я видел совершенно ясно, как Крадди внезапно отшатнулся назад к углю и в то же мгновение схватил меня сзади, размахивая ножом в правой руке.
— Что ты говоришь? А не ошибся ли ты в минуту опасности?
— Нет, это совершенно недопустимо, я мог бы принять присягу: в том человеке, который всадил мне нож, я узнал черты лица Крадди.
На следующее утро какой-то старик с длинной белой бородой и длинными волосами вошел в контору Большой Западной гостиницы в С.-Поле и, не обращая внимания на присутствующих, громким голосом обратился к дежурному служащему. Наружность старика вполне гармонировала с его странным поведением. Он был одет в поношенный, давно вышедший из моды фрак с длинными фалдами и клетчатые слишком короткие потертые брюки. В руке он тащил обклеенный кусками обоев чемодан, который, казалось, был взят из какой-нибудь коллекции древностей.
Он спокойно протянул руку администратору гостиницы, точно был его старинным другом, и участливо расспросил о состоянии его здоровья.
— Ничего, в общем не жалуюсь, — ответил тот.
— Хорошо, очень рад. А как поживают ваши дети?
Все присутствующие разразились громким смехом, в особенности же сам администратор, которому было немногим более двадцати лет и которого старик тем не менее считал отцом нескольких детей.
— Эй, вы! — возмущенно сказал старик, — что тут смешного?
— Да ничего, ничего! Я только вспомнил об одном смешном случае, который недавно тут произошел.
— Ага, это другое дело! Мне показалось, что вы смеетесь надо мной!
— О нет, ничуть не бывало! Вы желаете одну или две комнаты?
— Одну или две… чего?
— Комнаты! Вы желаете иметь комнату на ночь?
— Гм! Полагаю, что теперь еще рано ложиться спать… Черт возьми, что я вижу! Это возмутительно… мои часы исчезли!
Старик, пожелавший посмотреть на часы, сердито ударил себя по жилетному карману и продолжал:
— А вместе с ними и записная книжка! Вот несчастье-то! Послушайте, милейший, меня обокрали!
Когда причудливый старик произнес эти слова, администратор взял обратно листок для записи прибывших и перо, которые он уже собирался ему поднести.
«Ага, он принимает меня за мошенника, — подумал старик, — но я сейчас же рассею его сомнения», — и он без стеснения сел в одно из кресел, быстро снял левый сапог, откуда выпала пачка бумажных денег, и сказал, взяв администратора за фалду сюртука:
— Нью-йоркские карманные воры очень хитры, но я все-таки еще умнее!
Потом он опять надел сапог и вписал в книгу прибывающих:
— Жосуа Юнипер, из Бивер Дэмса, штат Нью-Йорк.
— Отлично, мистер Юнипер! Вы будете довольны, — предупредительно сказал администратор, увидев такую массу денег у старика, — Пиколло, проводи господина в № 21.
Потом старик мелкими шажками пошел за Пиколло, который проводил его до комнаты.
— Отлично, если еще не выследили и Дика, то я буду доволен, так как меня никто не узнал! — бормотал Ник Картер, радостно потирая руки, так как это именно Ник Картер явился в гостиницу в гриме и костюме благодушного старика.
Он опустился в удобное кресло и терпеливо стал ожидать прихода своего помощника. Последний действительно через несколько минут явился в гостиницу, условился относительно комнаты и вписал в книгу: «К. Чикеринг из Чикаго».
Вскоре Ник услышал приближающиеся к двери знакомые шаги, и в следующий момент вошел его помощник.
— Великолепно, милый, очень хорошо переодет! — воскликнул Ник. — Надеюсь, за тобой не следили?
— Думаю, что нет, за тобой же — точно нет! — засмеялся Дик.
— Ну, так начинай свое повествование! Что произошло после того как уголь схоронил меня под собой?
