Паровозы и драконы полностью

— Папа, папа, мы с дядей Салехом играем! Сначала мы нарисовали ленточку, и дядя Салех через нее прыгал, потом я заплела Чипу’ подчинения. Но дядю Ричрда благословил какой-то вредный бог и дядя Ричард уснул как волшебный принц, и теперь мы будем играть в тафет и сожжём его в мою славу! Не хочу его целовать! — Неожиданно закончила свою речь Аврора.

— Мистер Салех? — Морцех как-то очень грустно вздохнул.

— Ну, он оживет…

— А сейчас он мертв?

— Жив, но в каноническом ступоре. Глазами шевелит, ругается, но больше ничего не контролирует. На него эта… Чопа не сработала. Скрутила, но мозги на месте… Но вот… Ща мы его спалим, будет как новенький. — Смутился громила.

— Мистер Салех, а откуда такая мысль, что надо обязательно мистера Ричарда жечь? И вообще, с чего вы взяли что смерть — это выход?

Раздались звуки, с которыми маленькая девочка прячется за большого одноногого дядю.

— Папочка, я больше не буду, не надо на меня так смотреть, пожалуйста! — В голосе девочки стояли слезы.

— Несите Гринривера на кухню, только печь разжигайте на обычный режим, не надо беднягу мучить. Я сейчас принесу ножницы… — Снова тяжело вздохнул Морцех.

Через десять минут усаженный на табурет Ричард повергся принудительной стрижке. Когда сплетенный волосы вспыхнули жарким пламенем в недрах печи заклятие спало.

Ричард вскочил на ноги, вытирая ладонью рот, но наткнулся взглядом на ссутулившегося Морцеха и сел на место, молча.

— Джентльмены, я должен принести свои извинения. Я слишком мало общаюсь с людьми… — Голос маркиза был полон Раскаяния. — И иногда забываю, о том, что мои не все умеют различать правду и ложь. Аврора еще ребенок, и очень часто голоса в ее голове находят нужные слова, и она не понимает, что делает. Дочка, скажи, ты ведь обманула дядю Салеха чтобы показать ему какая ты сильная и что нет ничего зазорного чтобы такой сильный и безжалостный воин склонил пре тобой колени?

— Да… Он со мной говорит как с маленькой девочкой, а я уже большая! Мне повинуется бездна и она же взывает мне! — Хныкающий голос сменился глубоким.

— А заем ты заплела Чипу’ дяде Ричарду?

— Важничает много! И красивый, как куколка, я бы с ним играть могла. — Ответила Аврора.

— Так дядя Ричард и так будет играть с тобой. Столько, сколько ты захочешь! — Морцех продолжал воспитательный процесс.

— Нет, он меня не любит! — Ответила девочка удивительно серьезно.

— Дядя Ричард никого не любит. — Ответил Рай, Опускаясь перед Авророй на колени (этот прием при общении с детьми ему дал дрессировщик на псарне, правда он касался собак, но Рей особо не вникал. Ричард был не единственным к кому бывший лейтенант обратился за советом.).

— Почему? — Удивился ребенок.

— Ну, а за что его любить?

— Он красивый, таких все любят! — Аврора посмотрела на стриженного Ричарда новым взглядом.

— А еще он злой, бессмертный и любит делать людям больно. — Рей говорил очень серьезно. — Вот полюбит его какая девушка, а через несколько лет она постареет, а Ричард нет. А потом вообще умрет. И Ричард биться любить. А еще у него много чего есть. И, положим, хочет человек подружиться, с Ричардом, а Ричард думает, что тот на нем хочет нажиться, или просто биться его. И Ричард такого человека прогоняет, чтобы Ричарду больно не сделали.

— А мама у Ричарда умерла? Как моя мама? — Аврора уселась на пол.

Теперь тяжело вздохнули все трое.

— Нет, Аврора, а почему ты так решила? — Рей тщательно подбирал слова.

— А разве бывает, что мамы не любят своих деток?

— В мире много что бывает. И такие грустные вещи тоже. — Голос громилы, кажется, дрогнул.

— А ты разве дядю Ричарда не любишь? Ты ведь его друг? — Ричард в этот момент, кажется, был провалить сквозь землю. Буквально. У него для этого были все условия. От активации атрибута и падения в литосферу земли его удерживал только тот факт, что он дал слово.

— Не знаю, Аврора, честно! — Ответил Рей, подумав.

— А это как?

— Ну вот так, скажи, если ты человеку друг и его любишь, то будешь его живем сжигать в печке?

— Нет, конечно. Я с ним буду играть и вместе есть торт! А ты можешь сжечь Ричарда живьём в печке? Он твой раб? — Последняя фраза прозвучала басом.

— На самом деле, я на него работаю. — Снова честно признался громила. — И да, я могу сжечь его живьем в печке.

— Я не понимаю! — Грустно протянула девочка.

— А у нас, у взрослых всегда так, все очень сложно. Спроси вот папу. — Перевел стрелки Салех.

— А я спрошу! Папочка, а я ведь бессмертная?

Кажется, вопрос застал маркиза врасплох. Мужчина на долго задумался, глядя на дочку.

— Сейчас нет, но если доживешь до первой инициации, то да. — В итоге ответил он. Видно, было, что слова даются Морцеху не легко, и он явно хочет сказать что-то другое.

Аврора радостно улыбнулась и посмотрела на Ричарда.

Маркиз с ужасом посмотрел на дочку. Ричард с ужасом посмотрел на Аврору. Рей озадаченно огляделся, не понимая причин паники.

Вокруг девочки вспыхнули высшие стигмы пламени. Свет в комнате стал багровым.