Паровозы и драконы полностью

— Суккуба. Самая неприятная форма одержимости. Фактически — огромная демоническая оса. Откладывает личинки в свои жертвы. Личинка берет жертву под контроль, делая их максимально сексуально привлекательными. Паразит берет под контроль разум, используя знания и жизненный опыт жертвы. Питается эманациями смерти и боли. Вырабатывает особо притягательный для противоположного пола запах. Стандартным методами не обнаружима. Выделяет сильнейший яд, которые может передавать через поцелуи. Так же может обездвижить жертву и сожрать живьем. У меня один вопрос, вы как вообще выжили?

Вокруг бегал половой с амулетом, в попытках хоть немного очистить помещение. Получалось так себе, но хоть перестало пахнуть как на скотобойне.

— Да, Ричард, ты как, в порядке? — поинтересовался инвалид у нанимателя.

— О, ты проснулся и решил выполнять обязанности душехранителя? — съязвил графеныш, восстанавливая градус алкоголя.

— Дык, кто ж знал? Я с этими суками ни разу не сталкивался, даже не знал, что такие бывают… В голове как вату насовали, — Салеху не давал покоя его провал.

— Ты лучше скажи, а ты как жив-то? — вновь поинтересовался старшекурсник, осматривая Гринривера. После чего кончиком пальца подцепил кусок мяса на воротнике. — Например, это совершенно точно легочная альвеола.

— Может, тебе еще сказать в какой позе я дам употребляю? — прорычал в ответ графеныш. — Слушай меня, ты, урод наемный, освободи меня от общества этого напыщенного идиота, пока я его не убил! — обратился Гринривер к компаньону.

— О, полегче, парень, мы тут тебе не враги, — примирительно поднял руки Крис, делая пару шагов назад. — Господа, раз наши друзья испачкали зал, предлагаю переместиться на террасу, — обратился он к своим друзьям. — А вы присоединяйтесь, если вдруг вот этот, — ткнул Крис в сторону Ричарда, — снова превратится в человека.

— Может, в общагу? Или в баню? — через минуту поинтересовался Рей, после того, как они заняли ближайший столик, а дрожащий официант принес им каких-то закусок.

— Я желаю кутить, и я буду кутить! Так что поверь мне, мой жуткий обосравшийся друг, никто меня не сможет остановить, даже если все в этом чертовом городке захотят меня убить!

— Гггоспода… Там на улице это… Ввас зовут… — заикающийся официант привлек к себе внимание.

— Так если зовут, то пусть заходят! Кого там демоны привели? — рыкнул Ричард.

— Тттам все…

— Кто все? — рука молодого человека легла на рукоятку топора.

— Сссовсем все. Толпа. Вас зовут, угрожают запалить ресторацию, ггоспода, не ггубите…

— Чернь жаждет графской крови? А это может быть весело! — кивнул своим мыслям графеныш. — Вооружайся, ублюдок, сейчас мы накормим тебя досыта, — обратился он к компаньону.

Через пару минут Ричард, двигаясь в корриде из гудящих студентов, раскрыл двери ресторации. В его руках был топор и бутылка с джином. Следом за ним шел Салех. В руках инвалид нес два тяжелых пистолета, на плече болталась картечница, за спиной висел скрученный хлыст, а на бедре была пристегнута дага.

На площади, куда выходило крыльцо ресторана, было очень людно. Вернее не так, ситуация выглядела словно все жители Римтауна вышли на улицу.

— Хм… Кажется, они не очень дружелюбно настроены, — как-то уж очень философски заметил Салех.

— Поразительные выводы, как ты только догадался? — ответил Ричард, чуть рассеяно. Кажется, гомонящая толпа сбила его с толку.

— Дык, вилы, факела, топоры. Вон, мужик с картечницей. И глаза у них такие… не добрые, — Рей не уловил иронии и ответил честно.

Ропот усилился и вперед вышел высокий, плотно сбитый мужчина. Был он усат, лыс, и превосходил габаритами даже Рея.

— Ты Ричард Гринривер? — прокричал мужик, когда гул чуть стих. Видимо, его слегка пугал окровавленный топор в руках юного аристократа. Да и сам он больше походил на ожившее исчадие ада, чем на человека.

— Я. Ты что-то хотел от меня, смерд? — Ричард вышел вперед.

— Эй, пацан, этот мистер тебя просил донести послание? — обернулся мужик, и вытащил на свет давешнего мальчишку, которому Ричард дал монетку за работу «глашатаем»

— Он… Точно он! И страшный тот тоже с ним был.

— Значит, это ты пообещал спалить наши дома, если мы не заплатим тебе? — выкрикнул усатый, размахивая зажатым в руке топором. — Ты решил сжечь редакцию, запугать нас! Но у тебя не вышло!

— Мистер Салех, пожалуйста, не надо так громко смеяться, — процедил Гринривер в сторону. — Уроды! Говномесы, черви! Вы не достойны даже грязи на моих ботинках! — проорал Ричард в толпу. — С чего вы вообще взяли, что это я?

— Что, благородный, поджилки трясутся? Запахло жареным и в отказ идешь? — ответил парламентёр под вопли одобрения. — Думал сможешь запугать нас? Наш город? Знай, мы и не таких уродов в пруду топили! У нас тут это, гражданское общество! Вооот! И сейчас ты ответишь за всё! Сдохнешь!

— Сдохнееешь! — подхватила толпа.

Двери ресторации с грохотом захлопнулись за спиной компаньонов. И, судя по звукам, их чем-то подперли.