Уже после фильма, когда я довел ее до дома, она смущенно «клюнула» меня в губы и тут же сбежала в дом. А на следующий день пусть ей и было неловко, но когда мы встретились в коридоре, уже не просто поздоровалась, а снова «клюнула» меня, но уже в щеку. Похоже, она определилась со своими чувствами, и стала действовать более решительно. Для нее. Меня же устраивали «деловые» отношения с Женей и как быть в таком разрезе с Катей я не понимал. Нужно ли мне это? Ответа не было, и пока я отпустил дело на самотек. Если что-то не устроит, тогда и буду разбираться с проблемой.
Несмотря на то, что товарищ Сталин сказал, что будет ждать меня с документами по законам о коллективизации в конце месяца, но эта встреча была перенесена, и к генсеку я попал лишь шестого апреля. Приняв от меня документы, Иосиф Виссарионович бегло их пробежал взглядом, после чего отложил на край стола и спросил:
— Товарищ Огнев, помните, что вы мне предлагали месяц назад?
— Да, конечно, — кивнул я.
Неужели что-то уже сделано? И мои идеи «пришлись ко двору»? А я уж думал, что про них забыли. Да и то, что наша встреча была отложена, насторожило меня, и вызвало опасения, что меня «списали». Перестали относиться серьезно. Но все оказалось куда хуже.
Апрель — июнь 1930 года
Покидал я кабинет товарища Сталина с изрядно испортившимся настроением. За дверью меня уже ждал Савинков. Его видно заранее проинструктировали, так как ни слова ни говоря он встал с дивана, на котором ждал меня, и указал рукой в коридор. Дальше он провел меня до нового кабинета, за которым меня уже ждали.
— Сергей Огнев? — оторвался от бумаг мужчина в овальных очках с тонкой оправой.
— Да, здравствуйте.
— Будем знакомы, — поднялся он из-за стола и протянул мне руку. — Ян Эрнестович.
— Сергей, — хоть меня и так уже знали, но я на автомате все равно представился.
Передо мной стоял нынешний нарком путей сообщения СССР, Ян Эрнестович Рудзутак. Мужчина сорока — пятидесяти лет, точно я не мог сказать, в теле, но не толстяк, короткие темные волосы и гладко выбритое лицо. Взгляд спокойный, не агрессивный.
Когда Иосиф Виссарионович сказал мне, что ему не только понравилась моя идея с контейнерами, но и ее будут воплощать в жизнь, я обрадовался. Но ровно до момента, когда товарищ Сталин заявил, что заниматься этим предстоит мне самому.
— Вы член партии, — объяснял мне Сталин, когда я удивился такому его решению. — Успешно разработали ряд законов, которые сейчас влияют на всю страну…
— Но ведь не один, — от удивления посмел я перебить генсека.
Тот сделал вид, что не заметил этого, и продолжил.
— Также вы занимаете должность моего секретаря-референта.
Вот тут мое удивление переросло в ох… в очень большое удивление. Это когда я эту должность занял? А почему я не в курсе?
— Ну зарплату же ты получаешь? — увидев немой вопрос на моем лице, спросил Иосиф Виссарионович. Я кивнул. — Вот! А без должности, за что ее платить?
— Так… за составление законов же…
— Да, все так. Но разве студенты занимаются этим? — хитро посмотрел на меня товарищ Сталин. — Нет! А вот для секретаря подготовка документов для их дальнейшего рассмотрения и после — одобрения, прямая обязанность. Так вот, Сергей, ты давно уже работаешь и вполне официально в Кремле. Проявил себя как старательный и ответственный работник. Дела доводишь до конца. С законами, как я понимаю, вы почти закончили?
— Не совсем. Еще месяца два нужно. Да и потом — в конце года желательно собрать всю статистику по их применению и внести при необходимости правки.
— Хорошо. Два месяца. Но ими ты и параллельно сможешь заняться. Сейчас же проработать систему перевозок в контейнерах — первостепенная задача. Ты это придумал, ты значит лучше кого-либо другого представляешь, как оно должно выглядеть в конечном итоге.
— Но… у меня же никакого опыта! С законами мне же помогают. Без помощи товарищей Жижиленко и Вышинского я бы точно не справился!
— Так и здесь тебе помогут, — тут же оборвал мои возражения Иосиф Виссарионович. — Я уже переговорил с товарищами, тебя ждут.
«А про покупку заводов и продажу заготовок, а не чистого сырья, он ничего не сказал», промелькнула у меня мысль перед тем, как я вышел за дверь.
Вот так я и оказался в кабинете Рудзутака.
— В общих чертах мне рассказали про твою идею, довольно интересно, — вернулся нарком за стол и указал мне на стул для посетителей. — Но хотелось бы услышать подробности от тебя.
— Да какие там подробности, — вздохнул я протяжно, понимая, что свободного времени у меня похоже в ближайшее время совсем не будет. — Пока только идея.
— И все же.
