Сжимаю губы, чтобы не улыбаться. Прямо даже какая-то гордость за брата берет. Устранил профессионалов, чтобы своей микроармией дилетантов выхватить Гелю прямо из рук папиных церберов. Хорошее поколение подрастает. Отмороженное.
— Чего ты лыбишься?! — орет отец на Дэна, который совсем не скрывается.
— Согласись, пап, ты гордишься Демоном. Он красавчик, — отвечает Денис.
— Красавчик, блядь, — рычит папа, но теперь спокойнее, и садится в кресло напротив. — Мои люди уже ищут их. И найдут! — выделяет интонацией, глядя на меня. Понимает, что у меня есть связь с Димой? — Никому не вмешиваться. Хватит! Пора раз и навсегда закрыть вопрос с Полканом и наконец выходить из тени. Иначе ваша мама меня скоро четвертует.
— Она как раз просила передать тебе именно это, — киваю я. — Кстати, мне она тоже угрожала.
Папа отмахивается и кривится. Он все еще злится, но уже немного успокоился.
— Там обед готов. Идемте поедим, — бурчит отец и направляется на выход.
Мы с Дэном переглядываемся и понимающе улыбаемся. Оба признаем триумф младшего брата. А когда после ужина я уже сажусь в машину, мне снова звонит Демон.
— Привет. Ну что там?
— Пиздец тут, — отвечаю я.
Матвей
— Шоу начинается, — глядя в окно, бормочет отец.
Он собрал нас в своем кабинете в офисе, сказав, что сегодня приедет Дима, и всем нам предстоит серьезный разговор. Только мы с Дэном не знали, что Демон приедет не один и ни хрена не добровольно.
— Оставьте ее в покое, суки! — дверь приоткрыта, и из коридора доносится голос младшего брата, на что мы с Денисом дергаемся, но папа, проходя мимо, стреляет в нас взглядом.
— Сидеть на месте! — рявкает он, и мы возвращаемся на диван, словно послушные собачонки. Не потому что безвольные, а потому что понимаем, Демон предал семью. Ни один из нас пока не понимает, что делать дальше. Судя по всему, только папа выбрал линию поведения но мне уже не нравится его настрой, так что я морально готовлюсь помогать младшему брату.
— Если с ее головы хоть волосинка упадет, я вас закопаю! — продолжает орать Демон, когда папа встает в дверном проеме. — Геля! Не брыкайся, я скоро заберу тебя!
— Не так скоро, как тебе кажется, — раздается голос отца.
— Да пусти ты! — рявкает Демон.
— Красивая девочка, — говорит папа холодным тоном. — Проходи, сын.
Мы с Денисом вскакиваем, как только в кабинет входит Демон, а за ним следует отец. Дима смотрит на меня с презрением, а я произношу беззвучно: “Я не знал”. Кивнув, Демон подходит к столу отца и становится лицом к нам.
— Ты предал семью, — цедит отец. — Вместо близких выбрал дырку, Дима. Сколько твоих братьев еще должно умереть, чтобы ты, сучоныш, допер, что дороже семьи у тебя никого нет? Эта девка не подставится под пули ради тебя, а вот они, — кивает на нас с Денисом, — да. И Илья пошел под пули ради семьи. Или ты забыл о нем?! — голос отца немного срывается из-за крика. — Ты забыл, падла, как твой брат, спасая семью, поймал двадцать семь пуль?! Ты не охуел против нас вставать?!
— Я люблю ее, — тихо, но уверенно произносит брат.
— Да мне похуй! Телок в твоей жизни еще будет десятки! А братьев, сестру и родителей ты никем не заменишь! И, если ты считаешь иначе, то сильно, блядь, ошибаешься! Показать тебе записи с камер, как мочили Илью?! Я покажу, если ты забыл!
— А маму ты бы подставил?! Ее бы отправил умирать, зная, что единственное, в чем она виновата, — в том, что родилась не от того отца?! Ты бы поставил ее под прицел?!
— Причем тут она?! Твоя мать, в отличие от твоей шлюхи, из приличной семьи! А эта? Дочь бляди и криминального авторитета! Ты пересмотрел порнухи про балерин?! Так пойди и трахни всю ее труппу! Трахни ее подругу, еще парочку танцовщиц и успокойся!
Когда он вспоминает подругу Ангелины, у меня по позвоночнику прокатывается яростная дрожь.
— Мне! Нужна! Она!
— А мне нужна ебаная справедливость!
И тут происходит то, чего никто не ожидал: Демон хватает с края стола отцовский пистолет и приставляет его к своему виску.
— Демон! — в один голос вскрикиваем мы с Дэном и, вскочив, дергаемся к брату, но не подходим ближе, потому что оба понимаем, на что способен человек в состоянии аффекта. Одно неосторожное движение — и он снесет себе башку.
— Серьезно? — усмехается отец, слегка скривившись. — Что за цирк? Пистолет не заряжен.
— Правда?
По моему телу бегут колючие мурашки, когда я вижу решительность в глазах младшего брата. Блядь, отец вообще намерен остановить это?! Видит же, что у Демона крыша потекла! Дима снимает пистолет с предохранителя, и я вздрагиваю, услышав характерный щелчок. Нахера отец держит заряженную волыну в кабинете?!
— Слишком тяжелый для пустого, — слегка дрожащим голосом произносит Демон.
Мы с Дэном снова синхронно дергаемся, но папа останавливает нас взмахом руки. И все равно я готов в любую секунду среагировать, а пока пялюсь на то, как брат прижимает дуло к виску. Мой взгляд мечется между отцом — внешне совершенно спокойным, но по микромимике я вижу его напряжение — и братом, у которого желваки на челюсти живут отдельной жизнью, выразительно играя под кожей.
