- Ты совершенно не изменился, - капризно пожала она плечами.
- Скажи лучше, чему обязан твоему визиту?
- Да вот решила навестить, - Людмила, закинув ногу на ногу, стала покачивать изящной туфелькой. Чтобы не смотреть в глаза бывшему мужу, она внимательно разглядывала лакированный носок собственной туфли.
- Не понял. - Николай, проследив за её взглядом, поднял на неё глаза. - Не понял причины.
- А разве ты не рад меня видеть? - изумленно произнесла Мила. - Вот уж не думала... - Она обиженно поджала губы.
- Скажи, пожалуйста, - не отвечая на её вопрос, произнес Николай, - какими духами ты пользуешься?
От изумления Людмила вскочила со стула.
- Чего?
- Ну вот, теперь ты меня не понимаешь. Я спросил, как называются те духи, которые ты употребляешь, - медленно повторил Николай, не спуская с неё глаз.
- "Фиджи", французские духи "Фиджи". Я и раньше ими пользовалась, ты что, забыл? Может быть, объяснишь мне наконец, в чем дело?
Теперь от манерности Людмилы не осталось и следа. На Першина настороженно смотрели глаза тридцатипятилетней женщины, полные тревоги и недоумения.
- Объясню. Со временем.
Николай поднялся, достал из холодильника минеральную воду и набулькал себе в стакан.
- Тебе тоже? - спросил он.
- Нет, - резко ответила Мила.
- Как поживает муж-бизнесмен, к котому ты ушла от меня?
- Понятия не имею, - она старалась говорить высокомерно, но голос, выдавая её с головой, дрогнул.
- А что так?
- Это имеет какое-то значение для тебя?
- Наверное. Ты расспрашиваешь про мою жизнь, я - про твою. Это нормально
- Может, и нормально, но ты не ответил ни на один мой вопрос.
- Не торопись.
Николая закурил.
- Как понял, ты снова поставила не на ту лошадку?
- К сожалению, - зло сказала Людмила. - Он оказался не тем человеком, за которого себя выдавал.
- И поэтому за неимение лучшего кандидата решила снова осчастливить меня своим вниманием? Так сказать, приземлиться на время на запасном аэродроме. Зачем? Неужели жулик-торгаш тебя даже приличной квартирой не обеспечил.
- Представь себе, нет. - Она плотно сжала губы. Инициатива разговора постоянно ускользала от нее, и с этим ничего нельзя было поделать.
- Вот как?
- Он обманул всех, обобрал своих акционеров и слинял за рубеж. На Петровке на эту гниду заведено уголовное дело. Меня несколько раз на допросы вызывали, интересовались, не поддерживаю ли я с ним связь. Какая связь! Подонок оставил меня совершенно без денег и прихватил те побрякушки, которые дарил мне.
Она заплакала. И сразу же её холеное лицо стало жалким и беспомощным. Исчезла высокомерная осанка, опустились плечи, сидевшая на стуле женщина прямо на глазах превращалась в обыкновенную тридцатипятилетнюю бабу, которая все ещё пытается держать хвост пистолетом. Это просто, когда рядом богатенький мужик, способный обеспечить, удовлетворить, предоставить... Тогда легко и весело шагать по жизни. А вот когда все приходится делать самой, и это не очень получается, тогда совсем другое дело.
- Да, хорошенькая история.
Першин покачал головой. Только сейчас он заметил, что Людмила заметно постарела и немного раздалась в теле. Полнота ей не шла, придавая всему облику что-то бабье.
- Тебе пришлось вернуться в квартиру родителей, отношения с которыми, насколько я помню, всегда были напряженными.
- Ты невыносим. Даже в этом не изменился и по-прежнему невозможен. - Ее лицо пошло красными пятнами. Слезы мгновенно высохли. Она потянулась за сигаретами. - Твоя страсть расставлять точки над "i" просто смешна. Не понимаю, за что тебя любила моя мать, она до сих пор считает наш развод ошибкой.
- Я тоже к своей теще всегда относился с уважением. Люда, - голос Николая был серьезен, - я не верю в совпадения. Тебя пытаются втянуть в очень нехорошую историю. Кто посоветовал навестить меня сегодня?
- Это так важно?
- Важнее, чем ты думаешь. Так кто?
Глаза Николая смотрели на неё в упор.
Людмила молчала.
- Хорошо, - он поднялся и взял её за руку. - Пошли.
- Куда? - слабо засопротивлялась она. - Куда ты меня тащишь?
Николай, крепко держа её за локоть, подвел к комнате матери и открыл дверь.
- Заходи, - приказал он.
Людмила шагнула за ним следом.
Они стояли возле иконостаса.
- Ой, - вырвалось у нее, - а где эта икона в золотом окладе?
- В позолоченном, - поправил Николай. - Оклад выполнен из позолоченного серебра.
- Какая разница! - фыркнула Людмила.
- Никакой. Теперь никакой, потому что икону украли.
- И ты, - она задохнулась от гнева, - ты думаешь, что я в этом замешана?
- Не думаю, - он устало вздохнул. - Уже не думаю.
Людмила от ярости закусила полные губы.
- Вот мерзавец, надо же, - от негодования она сжала кулаки. - Подумать только, кругом одни мерзавцы! И ты тоже хорош, - накинулась она на бывшего мужа. - Сказать про меня такое!
- Так кто тебе посоветовал навестить меня? - не обращая внимания на выкрики, спокойно спросил Николай.
- Доронькин, - тихо произнесла Людмила.
Першин уже догадывался, какой будет ответ, но все равно удивился. - Ты с ним встречалась?
- Да, - кивнула она и тут же спохватилась. - То есть нет, не встречалась. Он позвонил.
- Он знает номер телефона твоих родителей?
