- Тогда порядок! - выдохнул он с облегчением и лихо сдвинул на затылок пилотку. - Пропустим жителей и ударим по фрицам в упор! Ведь немецкие противотанковые мины взрываются при нажатии не менее девяноста килограммов.
И верно, когда толпа мирных жителей подошла почти вплотную к нашей линии обороны, вдруг позади этих людей раздалось один за другим три оглушительных взрыва.
Жители, словно по команде, упали на землю. А перед нами в каких-нибудь тридцати-сорока метрах стояли окутанные дымом три фашистских танка, подорвавшихся на минах.
Еще три танка, следовавшие за ними, и около двух батальонов пехоты, шедшей за танками, оказались в простреливаемом пространстве, как в ловушке. Мы ударили по ним из всех видов оружия: пушками и ПТР - по танкам, пулеметами и автоматами - по вражеской колонне...
Потом, когда противник был разгромлен, жители Новоселок, которым удалось спастись от явной гибели, обнимали нас со слезами. Многие просили взять их с собой.
Больше вражеские танки в тот день уже не появлялись.
А мы, то есть кролевчане и наумовцы, получив через связного записку от Руднева с приказом спешить на переправу, двинулись в темноте к Припяти, уничтожив за собой все мостики на грунтовой дороге Хойники - Ломачи.
Наплавной мост через Припять был готов. Эта шаткая переправа была сооружена благодаря героическим усилиям наших саперов и всех путивлян. Несколько рот уже перебрались в кромешной темноте на другой берег Припяти. По колено, а то и по пояс в воде мы перешли через реку. Особенно тяжело было с подводами, не говоря уже о пушках!..
Часам к десяти утра наш Кролевецкий отряд перебрался тоже на тот берег. Там, в прибрежном овражке, подступавшем почти к самой воде, встретил нас Руднев. Комиссар был без шинели, в генеральской форме.
- Вот хорошо, вы подоспели вовремя! - обрадовался он, увидев нас с Подоляко. - А то противник, окопавшийся в селе Вяжище, стремится сбросить нас в реку. Надо этот вражеский батальон немедленно уничтожить! Обойдите его лесом и ударьте по нему с тыла.
Мы с ходу бросились на помощь 4-й роте Пятышкина, которая мужественно отбивала атаки противника и вскоре полностью уничтожила вражеский батальон.
Часам к двенадцати, когда все ковпаковцы и наумовцы переправились, наши партизанские саперы разобрали наплавной мост, скатали в мотки тросы, которые Ковпак и Руднев везде возили с собой, как "палочку-выручалочку".
Когда мы все уже были на западном берегу Припяти, каратели, подтянув подкрепление, начали наступать на нашу вчерашнюю оборону. За авианалетом и длительной артподготовкой последовала атака пехоты и танков. И тут фашисты поняли, что одурачены...
Потеряв за сутки около полутора тысяч солдат и офицеров, более десяти танков и бронемашин, наступавшие каратели так и не увидели партизан, уничтожавших противника из засад.
- Вот что такое - партизанский маневр!.. - с удовлетворением сказал Руднев, когда мы анализировали эту операцию на очередной "ковпаковской академии".
А секретарь ЦК КП(б) Украины Демьян Сергеевич Коротченко, находившийся в то время у нас в соединении и сам участвовавший в строительстве переправы, так оценил своеобразный бой в "Мокром мешке":
- Форсирование вашим соединением такого крупного водного рубежа, как Припять, можно по масштабу смело приравнять к любой армейской операции, где действуют целые корпуса!..
И верно, наши боевые действия развернулись тогда на шестидесятикилометровом фронте, хотя обороняли этот широченный участок, на который навалилось столько войск и техники, всего около тысячи человек несколько маленьких отрядов.
Вырвавшись из "Мокрого мешка", соединение направилось на запад.
Остановились мы в лесу на берегу реки Уборть, недалеко от Милошевичей. В этом же районе собрались партизанские соединения: Федорова, Сабурова, Наумова, Мельника, Маликова, Таратуты, Шитова, Бегмы, Кизи и другие.
Здесь Демьян Сергеевич Коротченко провел по поручению ЦК КП(б)У знаменитое совещание командиров и комиссаров партизанских соединений. На этом совещании с особенно яркой, взволнованной речью выступил Руднев. Он сказал, что партизаны выросли в огромную армию, внушающую ужас оккупантам.
- Но ведь мы, партизаны, еще не делаем и десятой части того, что могли бы сделать!.. - увлекшись, воскликнул он. - Чтобы действовать с той эффективностью, которая стала возможной благодаря победам нашей Красной Армии на данном этапе войны, мы должны предъявлять к себе все более и более высокие требования! Ведь если бы все мы сейчас по единому, точно разработанному плану разошлись веером подальше на запад, в самые разные области оккупированной врагом зоны, на линию Ковель - Луцк - Львов Стрый - Станислав, до самых Карпат, и одновременно ударили бы по крупным административным центрам, то оккупанты сами, даже не дожидаясь ударов Красной Армии, побежали бы с нашей земли!..
Ковпак, слушая речь своего комиссара, довольно улыбался. А когда тот кончил, бросил реплику с места:
- А шо? Я согласен! Можно и в Карпаты!..
Предложения комиссара и самого Ковпака были взяты за основу, когда ставились боевые задачи всем соединениям.