Уже слышно стало, что идущие громко разговаривают, смеются. Не помышляя об опасности, они несли оружие за спинами.
Как только враги поравнялись с кустиком, за которым лежали разведчики, Илько и Иван Гаман внезапно, словно из-под земли, выросли перед полицаями с грозным криком:
— Стой! Руки вверх! — взяли их на прицел.
Полицаи беспрекословно подняли руки. Они заметно перепугались и даже не попытались сопротивляться.
Гаман спокойно держал их на мушке, а Илько поспешно обезоруживал. Сняв с них винтовки, Илько побросал их за обочину дороги, предварительно вытащив затворы и положив их к себе в карманы. Отстегнув пистолеты и навесив их на свои плечи, он скомандовал:
— Руки назад! За мной марш!
Ошеломленные полицаи покорно двинулись вслед за Илько, а сзади с автоматом их подгонял Иван Гаман.
Сдав пленных и трофеи командованию, юные смельчаки сейчас же снова отправились на выполнение задания.
Разведка была выполнена блестяще. Отважные партизаны Илько и Иван Гаман собрали все необходимые сведения.
Действительно, пристани Ходорово и Ржищево оказались подготовленными для причала барж. Там были отстроены и временные хранилища для зерна.
В Ходорове уже ждала выгрузки одна баржа с зерном. Усиленная охрана. В селе разместился отряд немцев в шестьдесят человек. В Ржищеве — гарнизон в двести человек!
Разведчики разузнали местонахождение охраны, ее численность.
Командир партизанского соединения отдал приказ напасть на пристань Ходорово.
Для Ржищева была намечена другая операция. Там партизаны должны были совершить нападение на тюрьму и освободить двадцать человек подпольщиков, томившихся в фашистском застенке.
На вылазку в Ходорово было направлено восемнадцать человек бойцов с двумя пулеметами во главе с командиром отряда Болатовым. Их проводником был Илько. Передвигались осторожно, без шума. Напали внезапно. Немецкий гарнизон в шестьдесят человек был полностью разгромлен.
Забрав из помещения, где квартировал гарнизон, все оружие, партизаны взорвали пристань и стоявшую там баржу и вернулись в лагерь с двумя пленными немецкими офицерами.
Илько был доволен. Первая разведка, первый удачный бой окрылили его. А какие храбрые люди эти партизаны. С ними не пропадешь! И командир Болатов, и Гаман, и другие бойцы теперь относятся к нему как к равному, как к своему боевому товарищу. Только бы не подвести их, оправдать доверие. А в бою совсем не боязно. Рядом — друзья, смелые, страшные для врагов партизаны. Они его никому не дадут в обиду, всегда помогут, выручат. Тут, в партизанском отряде, впервые за много месяцев Илько почувствовал себя уверенным в своем будущем. Он стал партизаном, полноправным бойцом славной армии народных мстителей.
Июль был особенно жарким.
Командир партизанского соединения сегодня поднялся рано, хотя и лег, как обычно, в три часа ночи. В лесной землянке было душно. Хотелось на свежий воздух.
Лагерь спал. Одни караульные бодрствовали на своих постах. Задумавшись, тихо бродил командир, стараясь не разбудить своих ребят.
Не спалось в эту жаркую ночь и Болатову. Вспоминались недавние события, операции последних дней.
Послышались тихие, но твердые шаги. Он приподнялся и улыбнулся, когда увидел в дверях своей землянки грузную фигуру Примака.
— Не спится, Васек, и тебе? — спросил командир. Он всегда называл его этим русским именем. — И мне не спится что-то. Давай побродим по воздуху, погутарим.
Когда вышли из землянки, командир соединения сказал:
— Вот о чем я хотел поговорить с тобой, Васек: я думаю, пора нам переменить место лагеря. Уж больно много проторенных дорожек ведет к нам. Рискуем, Васек, правда?
Болатов в знак согласия кивнул головой.
— Надо нам и смолокурню проведать. Небось у Вячеслава Владимировича немало новостей набралось для нас, — продолжал Примак. — Давай после завтрака сядем на коней и вдвоем проедем туда. Согласен?
— Конечно, товарищ командир, — ответил Болатов.
Смолокурней назывался небольшой завод по выгонке смолы. Располагался он в левом крыле Хоцкого леса, тянувшегося к Полтавщине.
Заводик состоял из большого сарая и трех хат. Здесь жили несколько рабочих с семьями. У них укрывался и пожилой подполковник Советской Армии Вячеслав Владимирович Иванов, который, попав в окружение, простудился, продолжительное время болел и как-то прижился на смолокурне.
После выздоровления Вячеслав Владимирович связался с местными подпольщиками, а через них — с партизанами.
В крестьянском платье, с роскошной седой шевелюрой, пышной, совсем белой бородой подполковник был похож на патриарха.
Немцы при встрече с ним обращали внимание прежде всего на бороду и не подозревали, кто скрывается под видом этого старца. Строго засекреченный подпольщик, Вячеслав Владимирович раздобывал ценные сведения о противнике и передавал их партизанам.
Партизаны часто посещали смолокурню. Немцев не было. Вот и сегодня на сытых племенных жеребцах, захваченных партизанами у врагов, командир соединения Примак и Болатов направились к заводу.
