После гибели Лумумбы в Конго как воздух был необходим лидер. Разумеется, возникал вопрос: не будет ли его прямое участие в революционных действиях на территории чужой страны актом вмешательства во внутренние дела этой страны? С формальной и юридической точки зрения это было бы так. Но сами реакционные режимы, и в первую очередь правительство Соединенных Штатов, повсеместно и на протяжении десятков лет осуществляли вмешательство в целях подавления революционного антиимпериалистического движения. США предпринимали вооруженные интервенции против непокорных латиноамериканских республик, пускали в ход против них экономические санкции, устраивали заговоры и перевороты, не останавливаясь перед убийством неугодных им деятелей.
Гевара покинул Кубу приблизительно в апреле 1965 г. Во всяком случае, после апреля 1965 г., по крайней мере официально, его на Кубе уже не было. Его след теряется и вновь обнаруживается только в ноябре 1966 года в Боливии. Где находился он в этот промежуток времени, то есть в течение 19 месяцев? Печать утверждала уже после его гибели, что он находился в Черной Африке, принимал участие в гражданской войне в Конго. Его миссия оказалась неудачной – намеки на это имеются в его «Боливийском дневнике». Проскочила информация о том, что Кастро отобрал 125 кубинских офицеров и послал их с Че Геварой в бывшее Бельгийское Конго. В.Алексеев, автор книги «Скромный кондотьер. Феномен Че Гевары», вышедшей в Москве в 1991 г., писал, что существует письмо, упоминаемое под названием «Друзьям в Гавану», где четко прослеживается след Гевары в Конго.
«Политический уровень моих солдат большей частью определяется пиршеством, устраиваемым из советников, которых они убивают». Хотя черный юмор, содержащийся в этой цитате, и характерен для Че Гевары, писал Алексеев, за достоверность ее поручиться трудно. Правда, есть еще свидетельство одного из участников боливийской герильи – Помбо. В его дневниковой записи есть такие строки: «Борьба началась с печального напоминания о Конго, где товарищ Митуриде, начальник штаба, тоже утонул...»
Общая же картина примерно такова. В период, когда в Конго продолжалось восстание, поднятое бывшим министром правительства Лумумбы Пьером Мулеле, кубинцы проникли в зону боевых действий с восточной стороны, через озеро Танганьика. Мятежники, хорошо снабжаемые через границу и вооруженные советским оружием, сражались под присмотром алжирских советников, но и помощь кубинцев приняли. «Боеспособность повстанческих отрядов разочаровала Че Гевару: неграмотные и суеверные конголезские мятежники в большинстве своем были убеждены, что их командиры обладают мистической, колдовской силой, и вожди герильи поддерживали эти суеверия в надежде, что они укрепляют боевой дух. Достаточно было незначительной неудачи, чтобы безудержный восторг сменился такой же безудержной паникой». В конце 1965 г. они оказались не в состоянии защитить свою хорошо укрепленную базу в Атсоме. Че Гевара попросил Ф.Кастро прекратить всякую помощь повстанцам и затребовать людей обратно в Гавану, потому что «присутствие кубинских бойцов в Конго серьезно компрометировало кубинскую революцию». Между тем половина офицерского корпуса Че Гевары, оказавшегося с ним позднее в Боливии, побывала в Конго.
Итак, обратимся к событиям второй половины прошлого столетия, происходившим в Африке. Кстати, и сегодня из 53 ее государств почти 30 находятся в состоянии военной конфронтации. Тогда же на Африканском континенте буквально прокатилась волна национально-освободительных революций. Забастовки и демонстрации рабочих вливались в общий поток стихийных крестьянских выступлений. Как правило, возникали партизанские силы.
Так, освобождению французских колоний способствовал демократический фронт, объединивший в своих рядах национальные организации Сенегала, Нигера, Дагомеи и всех других владений Франции («Демократическое объединение Африки»). В английских колониях повсеместно сложились и стали быстро расти национальные политические партии, выступавшие под флагом независимости. Этому во многом способствовало соотношение сил на мировой арене.
Опыт Алжира, Вьетнама, Индии, Бирмы, Египта обязывал колониальные державы изменить тактику, искать новые средства господства. Предоставление политической независимости колониям стало неизбежным.
По предложению де Голля было решено провести референдум во всех африканских колониях Франции, расположенных южнее Сахары. Проголосовав против французской конституции 1958 г., предлагавшей «франко-африканское сообщество», колонии приобретали независимость. Первой в 1958 г. независимой страной стала Гвинея. За ней пошли остальные. Уступило напору колоний и правительство Великобритании. Дело велось с бесконечными проволочками, но конец его был предопределен. К середине 60-х годов большая часть Африки была политически свободной. На ее территории размещалось уже более 30 новых стран, каждая из которых стала полноправным членом Организации Объединенных Наций.
