— Действительно, чего я распинаюсь, тебе же просто насрать на чувства людей вокруг тебя! — она уже собралась развернуться и уйти, когда я спокойно сказал:
— Сядь, — постучав подушечкой пальца по выделенному ей месту стола, я даже уточнил: — вот сюда.
— Если ты думаешь, что я буду!..
— Будешь, — улыбнулся я.
Да, стоит напомнить ей, кто я. Что мне плевать на чувства окружающих, она уже вспомнила. Осталось напомнить, что мне плевать на окружающих вообще.
Нахмурившись, Кристина рывком отодвинула стул и села, скрестив руки на груди. Чтобы только сильнее побесить, я вполголоса похвалил ее и улыбнулся, когда она зло фыркнула. Режим злой кошечки у нее ненадолго, скоро все будет, как раньше.
Бледная Вероника с покрасневшими веками тихонько опустилась на стул слева от Кристины и слишком далеко от меня.
— Сюда, пожалуйста, — для нее я тоже постучал пальцем по столу. Чудные сестрички, одну ебу, с другой дружу, ха… Когда Ника проходила мимо меня, я решил, что стоит им обеим напомнить, почему они здесь. Ухватив девушку за локоть, я отодвинулся от стола и похлопал по бедру, чуть раздвинув ноги, — присядь-ка сюда, детка, — поджав губы, она села ко мне на колени, — не-ет, красота моя, — я прищурился, улыбаясь, — между.
— Стас, прекрати! — Кристя вскочила, но замолчала, когда я выложил на стол заранее припасенный пистолет.
— Это что, работает только при демонстрации? — глазищи какие красивые, блестят так, полные слез.
Поджав задрожавшие губы, Ника бросила взгляд на сестру и покачала головой, послушно соскользнула на пол. А она отлично смотрится с такого ракурса…
Тонкие пальчики расстегнули пуговицу на джинсах. Да уж, это надо будет повторить. Но я не любитель вуайеризма с любой стороны.
— Ну, тихо, — я убрал руки глотающей слезы девушки, — не реви. Садись завтракать, — вскинув на меня ненавидящий взгляд, она оперлась на мои колени, вставая, и явно собралась уйти, — я сказал, садись завтракать.
Чуть холоднее тон, а уже слушается. Ну почему нельзя не доводить даже до такого, а просто делать, что я говорю? Две упрямые девчонки.
— Ты невероятный мудак! — прошипела Кристя, тоже садясь.
— Ты в последнее время так и сыплешь комплиментами, — усмехнулся я, делая глоток сока, — но не я виноват, что вам постоянно нужно демонстрировать силу, чтобы добиться послушания.
Поначалу я чувствовал себя как в детстве, когда кого-нибудь хорошенько отругают, а из-за стола не выпускают, и вот он сидит и давится слезами. Но Вероника довольно быстро взяла себя в руки, а Кристина даже начала со мной нормально разговаривать.
После завтрака она все-таки уехала. Судя по вещам на Нике, Кристя привезла сестренке одежду, и это хорошо, не будет же она несколько дней в одном и том же ходить. Хотя я был бы не против, если бы она ходила в моей рубашке, например…
Поманив куклу, я поднялся в кабинет. По-хорошему, надо бы записать все, пока не забыл, но есть дело поинтереснее.
— Давай, — усевшись на скрипнувший кожей диван, я поманил ее, — иди сюда.
С недовольной мордашкой она оседлала мои бедра, положив ладошки мне на плечи.
— А таблетку? — как-то робко и с долей смущения напомнила девушка, покорно подставляя шею.
— Она не понадобится, — проурчал я, целуя нежную кожу. Я хотел, чтобы мне отсосали — мне отсосут. Я всегда получаю то, что хочу, — умеешь вообще минет делать? — она покачала головой, прикусывая губу. — Еще лучше, — как это будет мило, неловко… Прелесть просто. Лишь бы не больно, — просто представь, что это хренов чупа-чупс, только держи зубки при себе.
Ника заглянула мне в лицо, будто хотела попросить не заставлять ее, но, видимо, приняла свою участь. Да и что в этом такого? Оральный секс — это приятно, блять, и нормально! Уж на что я всегда делаю все для себя, но даже мне под настроение иногда хочется побаловать партнершу и вылизать как следует.
Но какой же взгляд, какой взгляд! Покоренная непокорность собственной персоной. Пока Вероника опять расстегивала на мне джинсы, я стянул футболку и отбросил ее на пол. Божечки, да она краснеет! Как мило и как возбуждает.
Меня немного коротит от ее послушания, это просто невероятное что-то! Перекинув густые мягкие волосы ей на одно плечо, я запустил в них пальцы. Нужно бы дать ей освоиться с новым полем деятельности, но какие же приятные прикосновения у ее прохладных пальчиков…
Мне хотелось откинуть голову, закрыть глаза и предоставить все делать девушке, но тут два момента. Во-первых, за ней нужно присматривать, подсказывать. Это мило. Во-вторых, она так сексуально смотрится с головкой во рту, такая нежная краснеющая недотрога, которая впервые пробует член. Разве не чудо, блять?
— Глубже, — голос не слушался, я кашлянул, — давай, ничего с тобой не будет.
Я едва не кончил, когда она подняла на меня зло-недовольный взгляд, не отрываясь от дела и послушно заглатывая чуть глубже. Я головкой ощутил, как сократилось ее горло, но до горла там еще дохрена, нечего бояться. Если бы глаза ее были зелеными, а не голубыми, я бы записал ее в контактах “ведьмочка”. Ну или просто “ведьма”, больше к характеру подойдет, скорее всего.
