— Кроме того, Кресси — моя кузина Крессида — очень хочет, чтобы я приехала. Мы всегда были очень близки, и ей одиноко на Занзибаре; и, похоже, климат там не подходит тете Эбби. Раз они обе нуждаются во мне, то мой долг…
Она ненадолго умолкла, словно обдумывая сказанное, а потом с легким сожалением сказала:
— Нет, тут я не совсем искренна. Очень приятно сознавать себя действительно нужной.
Губы капитана дрогнули, и обманчиво простодушным тоном он заметил, что слышал, будто она нужна еще кому-то. Не мистеру ли Клейтону Майо?
Мисс Холлис покраснела, и Фуллбрайт, считавший, что она на это не способна, слегка удивился. Румянец шел ей, и у капитана мелькнула мысль, что краснеть Геро следует почаще.
— Вы говорили обо мне с Дмелией! — укоризненно сказала мисс Холлис.
— Конечно. Между мужем и женой это дело обычное, — признался капитан Тедиес с вялой улыбкой. — Но я не предполагал, что это секрет. Ваш дядя, мистер Джошуа Крейн, говорил, родственники считают, что вы намерены стать миссис Клейтон Майо, и поэтому разрешил вам отправиться в плавание.
— Вот как? — надменно сказала Геро. — Тут он ошибается. Относительно мистера Майо я еще не приняла решения. Я всегда его уважала, и тетя Эбби с дядей На-том надеялись, что мы когда-нибудь поженимся. Однако папа был против. Я бы не посчиталась с этим, будь уверена, что мы подходим друг другу, но, по моему твердому убеждению, в брак не нужно вступать лишь ради удовольствия быть вместе, нужно искать чего-то большего.
— Э… ммм… Конечно, согласился капитан Фуллбрайт, смущенный и покоробленный недевичьей откровенностью, с которой мисс Холлис собиралась обсуждать столь деликатные дела, как любовь и брак. Наверно, проявление застенчивости, так идущее к залившему ее щеки румянцу, оказалось бы более уместным.
Однако мисс Холлис, хоть и заливалась краской, явно не признавала застенчивости, так как продолжала говорить, что знает о серьезности мистера Майо и его стремлении делать добро. Они много беседовали и обнаружили полное согласие в самых разнообразных вопросах. И мистер Майо проявил истинное благородство, твердо отвергнув совет сбежать с ней вдвоем.
— Чей совет? — с любопытством спросил капитан Тедиес.
— Надо признаться, мой, — ответила мисс Холлис с умиротворяющим огоньком в глазах. — Хотя я подала его под влиянием минуты, потому что сильно раздосадовалась на папу, но вряд ли сама последовала бы ему. Но Клей — то есть, мистер Майо — не желал и слышать об этом. Моя кузина, Арабелла Стронг, сказала — только потому, что знал об угрозе папы лишить меня наследства, если я выйду замуж против его воли, но мне же хватило ума понять, что Белла сама неравнодушна к Клею и говорит так из ревности. Знаете, он очень красив.
Капитан Фуллбрайт с трудом сдержал улыбку и ска-зад серьезным тоном:
— И теперь, став независимой и богатой, вы спешите к своему красавцу-возлюбленному, чтобы с его одобрения обвенчаться в белом атласном платье с фатой и затем жить счастливо. Так?
— Не-ет… не совсем. Я посмотрю, что можно сделать, дабы положить конец позорной торговле рабами на Занзибаре. Находясь там, возобновлю знакомство с мистером Майо. А там решу, может ли наш брак стать удачным. Видите ли, мы расстались почти два года назад, и Клей вполне мог измениться.
— Вы, насколько я понимаю, то же.
— Я никогда не изменюсь, — уверенно заявили мисс Холлис. — Но, судя по тому, что я слышала и читала, тропики оказывают скверное влияние на людей, вынужденных жить там.
— На их здоровье определенно.
— И на характеры тоже, уверяю вас! Поэтому я и собираюсь выяснить все на месте. И даже если окажется, что мы не подходим друг другу, я не потеряю времени зря, потому что на Занзибаре многое помимо рабства взывает к переменам, и дел у меня найдется много. Я несколько месяцев изучала арабский и суахили, и хотя словарный запас у меня мал, мне сказали, что говорю на обоих языках вполне сносно.
Геро подалась вперед, положила ладонь капитану на руку и сказала просительным тоном:
— Может, теперь расскажете мне кое-что об этом острове?
— Почему бы вам не обратиться к юному месье Жюлю? — грубовато ответил капитан. — Полагаю, он будет рад удовлетворить ваше любопытство. Его папаша — французский консул на Занзибаре, так что он жил там гораздо дольше, чем я!
— Да, он говорил об этом, — сказала Геро. — И о том, что этот остров «земной рай», яркий, экзотичный, неописуемой красоты. Прямо со страниц «Тысячи и одной ночи»!
Капитана Фуллбрайта позабавила эта цитата и выразительный взгляд девушки, он от души засмеялся и сказал, что все французы — как и большинство иностранцев — говорят даме лишь то, что, по их мнению, ей хочется услышать.
— Говорил он вам еще что-нибудь?
— Да, о своей уверенности, что англичане намерены аннексировать этот остров вместе с Пембой, и о том, что султанат во многом зависит от материка.
— Вот как? Ну, мэм, об этом я ничего не знаю. Как же, по-вашему, англичане этого добьются? Или он не сказал вам?