Пассажир без багажа полностью

ГАСТОН — человек, потерявший память.

ЖОРЖ РЕНО — предполагаемый брат Гастона.

Г-ЖА РЕНО — предполагаемая мать Гастона.

ВАЛЕНТИНА РЕНО — жена Жоржа.

ГЕРЦОГИНЯ ДЮПОН-ДЮФОР — дама-патронесса.

МЭТР ЮСПАР — поверенный, представляет интересы Гастона.

МАЛЬЧИК.

МЭТР ПИКВИК — адвокат мальчика

МЕТРДОТЕЛЬ,

ШОФЕР,

ЛАКЕЙ,

КУХАРКА,

ЖЮЛЬЕТТА — прислуга господ Рено.

Гостиная в богатом провинциальном доме, из окон скрывается вид на сад во французском стиле. При поднятии занавеса сцена пуста, потом МЕТРДОТЕЛЬ вводит ГЕРЦОГИНЮ ДЮПОН-ДЮФОР, ЮСПАРА и ГАСТОНА.

МЕТРДОТЕЛЬ. Как прикажете доложить, мадам?

ГЕРЦОГИНЯ. Герцогиня Дюпон-Дюфор, мэтр Юспар, поверенный, и господин… господин (мнется), господин Гастон. (Юспару) Придется пока что называть его так, а там увидим.

МЕТРДОТЕЛЬ(чувствуется, что ему известна цель их приезда). Надеюсь, герцогиня извинит господ Рено, но господа ждали герцогиню с поездом одиннадцать пятьдесят… Я сейчас же сообщу о приезде вашей светлости. (Уходит.)

ГЕРЦОГИНЯ(глядя ему вслед). Образцовый метрдотель! О Гастон, миленький, я безумно, безумно счастлива. Я с самого начала была уверена, что вы отпрыск очень хорошей семьи.

ЮСПАР. Не будем слишком увлекаться. Не забывайте, что кроме этих Рено у нас имеется еще пять семейств претендентов.

ГЕРЦОГИНЯ. Нет-нет, дорогой мэтр… Внутренний голос мне говорит, что в этих Рено Гастон узнает своих родных, обнаружит в этом доме атмосферу, знакомую ему с детства. Внутренний голос мне говорит, что здесь он обретет память. А женский инстинкт редко меня обманывал.

ЮСПАР (сраженный последним аргументом). Ну, если так…

ГАСТОН отходит и начинает рассматривать картины на стене, не обращая внимания на своих спутников, словом, ведет себя, как мальчик в гостях.

ГЕРЦОГИНЯ(окликая его). Гастон, Гастон, надеюсь, вы хоть взволнованы?

ГАСТОН. Да не слишком…

ГЕРЦОГИНЯ(со вздохом). Не слишком! Ах, друг мой, иной раз я и сама не пойму, отдаете ли вы себе отчет, как волнителен ваш случай.

ГАСТОН. Но, Герцогиня…

ГЕРЦОГИНЯ. Нет, нет и еще раз нет. Что бы вы ни сказали, вам не удастся меня переубедить. Отчета вы себе не отдаете! А ну, признайтесь, что не отдаете.

ГАСТОН. Возможно, отдаю, но не полностью, Герцогиня.

ГЕРЦОГИНЯ(с удовлетворением). Слава богу, вы хоть умеете признавать свои ошибки. Я целые дни твержу, что вы очаровательный юноша. Но надо сказать честно, ваша беспечность, ваша беспардонность достойны всяческого порицания. Верно я говорю, Юспар?

ЮСПАР. Бог мой, я…

ГЕРЦОГИНЯ. Да-да, вы. Именно вы, Юспар, обязаны меня поддерживать; внушите же ему, что он должен быть взволнован.

ГАСТОН снова принимается рассматривать картины и статуэтки.

Гастон! 

ГАСТОН. Да, герцогиня?

ГЕРЦОГИНЯ. Вы что, каменный?

ГАСТОН. Каменный?

ГЕРЦОГИНЯ. У вас что, сердце из гранита?

ГАСТОН. Не… не думаю, Герцогиня.

ГЕРЦОГИНЯ. Блестящий ответ! Представьте, я тоже так не думаю. И, однако, человек посторонний, не знающий того, что знаем мы с вами, способен, видя ваше поведение, решить, что вы просто мраморная статуя.

ГАСТОН. А?

ГЕРЦОГИНЯ. Неужели, Гастон, вы не понимаете всей серьезности моих слов? Хотя временами я уж и сама не помню, что говорю с человеком, потерявшим память, и что существуют слова, которых за свои восемнадцать лет вы еще не успели освоить. Что такое мрамор, вы знаете?

ГАСТОН. Камень.

ГЕРЦОГИНЯ. Чудесно. А чем отличается этот камень, знаете? Он тверже всех других камней. Гастон, да вы меня слушаете?

ГАСТОН. Да.

ГЕРЦОГИНЯ. Неужели вас не трогает сравнение вашего сердца с самым твердым из камней?

ГАСТОН (сокрушенно). Да нет…

Пауза.

Скорее, смех берет. 

ГЕРЦОГИНЯ. Слышите, Юспар?

ЮСПАР(примирительным тоном). Но он же фактически ребенок.