Струя пламени ударила из переулка, который мы только что покинули, и погасла, немного не дотянув до центрального фонтана. На несколько мгновений стало светло точно днем, и я смог лицезреть ораву обезумевших зайчиков, пляшущих в ослепленных глазах. Впрочем, толпа испуганных и подожженных оборотней прыгала не хуже. Пять или шесть оглушительно выли, пытаясь сбросить огонь с одежды, а те, которые с хвостом, просто прыгали в воду.
– А у Марго сил заметно прибавилось, – задумчиво пробормотала Ева. – Как-то неестественно быстро.
– Форс-мажор, – пожал я плечами и чмокнул вампиршу в затылок. – Самое время. Пошли.
И точно: все внимание взбешенных оборотней было приковано к злополучному переулку, и теперь твари со всей площади рванули к подозрительному месту. Поэтому никто не заметил пару теней, скользнувших к ограде дворца. По пути я пригляделся к высоким охранникам, застывшим у главных ворот. Это были не оборотни. И не люди.
Шум взбудораженной площади остался позади, и мы немного замедлили бег. Я посмотрел через прутья ограды: огромная махина дворца выглядела сплошной темной глыбой в окружении шепчущей парковой зелени. На бегу я успевал рассмотреть небольшие фонтанчики, скамеечки, скульптуры и прочую усладу зрения монарха. Но фонарики, густо понатыканные повсюду, были потушены, и ни одной живой души во всем огромном парке.
– Там, у ворот стояли големы, – сказала Ева. – Очень опасная штука, даже для нас.
– Почему? – Я остановился сам и положил ладонь на плечо девушки: – Погоди-ка…
– Они неживые, поэтому убить их невозможно, а чтобы разрушить, необходимо знать, какая именно магия использовалась при создании. Почему мы остановились?
– Потому что впереди еще десять штук этих самых големов, и, кажется, они охраняют нужный нам вход. А ну, напомни, какой у нас был план Б?
– План Б? Ты это о чем?
– О кризисе идей. – Я поднял голову, рассматривая острые верхушки прутьев ограды, казалось подпирающие небо. – Ну почему всегда такие сложности? Почему враги не могут быть тупыми и слабыми, как в американских боевиках?
– Я, в принципе, поняла посыл твоей речи, – подозрительно покосилась на меня Ева, – но в целом… Максим, с тобой все в порядке?
– Почти. – Повинуясь некоему непонятному мне самому импульсу, я обнял вампиршу за талию и прижал к себе: – Держись.
Если бы кто-то попросил объяснить, почему я решил перемахнуть через ограду такой высоты, вряд ли у меня нашелся бы вразумительный ответ. Просто некий голос внутри вынудил согнуть колени и прыгнуть вверх. Правда, ощущения оказались совсем не такие, как при обычном прыжке. В груди точно разверзлась бездонная пропасть, а земля, ударив по пяткам, быстро ушла вниз. Тихо пискнула испуганная Ева, и острые навершия промелькнули где-то далеко под ногами. Потом их сменили кроны деревьев, и до меня наконец дошло: происходит нечто совершенно непредвиденное, раз мой прыжок настолько затянулся.
Как только в пустоте черепной коробке возникли сомнения, бездна внутри оказалась мгновенно заполнена, и мы рухнули. В последнее мгновение мне удалось несколько замедлить падение, цепляясь за торчащие ветви, но все равно приземление оказалось довольно жестким. Пришлось послужить своеобразным батутом для своей ноши, которая едва слышно взвизгнула и тут же вскочила, ощупывая меня.
– Максим! – яростно прошептала она. – Ты цел?! Ответь!
– Все в порядке. – Я перевел дух и сел. – И что это было?
– Ты меня спрашиваешь? – Ева присела рядом и обняла меня. – Ты только что перелетел через ограду. Ты летел, Максим! Как это у тебя получилось?
Если бы я еще и сам понимал. Периодически нечто внутри точно брало меня за руку и вело неведомыми тропами, тыкая носом в некие, непонятные мне, возможности.
– Видимо, дело в них, – поднял я руку, демонстрируя перстни.
Ева покачала головой:
– Не существует артефактов, способных помочь вампиру полететь. Да, некоторые из нас имели такую способность, но это был их дар, и этот дар давался лишь… – Вампирша запнулась.
– Только высшим вампирам, – закончил я и встал. – Ладно, потом разберемся, почему я превратился в самолет. Пошли.
Что-то затрещало за нашей спиной, и я оглянулся: над площадью, смутно различимой за стволами деревьев и оградой, точно взошло полуденное солнце и тут же погасло. Оглушительный вой казался отдаленным шумом водопада. Похоже, Марго отжигала по полной. Тем меньше внимания уделят двум смутным силуэтам, скользящим в густой ночной тени.
Дворцовый сад произвел на меня двойственное впечатление: с одной стороны, все было очень красиво, и денег здесь явно не экономили, с другой – поражало запустение, точно сюда уже давным-давно никто не наведывался. Бассейны и фонтаны заилились, покрывшись неприглядной пленкой, скульптуры и деревья заросли сизой паутиной. Кроме того, взгляд повсюду натыкался на кучки дерьма, которые, как заметила Ева, скорее всего, оставили оборотни.
– Не понимаю, – вампирша выглядела абсолютно сбитой с толку, – такое впечатление, будто попала в какой-то заброшенный парк. Но ведь это – центр Тридаша! Королевский дворец!
