Но когда Магараф вспомнил, что он уже больше не лилипут, что он такой же, как и все, и даже красивей многих (об этом он сам читал в какой-то газете), жизнь показалась ему прекрасной. Томазо сказал себе: «Эх, была не была!» – и, так как ему давно уже пора было поесть, зашел в первый попавшийся ресторанчик, решив с деньгами не считаться и пообедать как следует.
Официант принял у него заказ и сказал:
– Все будет в порядке, господин Магараф. Останетесь довольны.
Томазо удивился, откуда это официант знает его: он в этом ресторанчике никогда не бывал, но официант уже успел скрыться в каких-то дверях и вскоре появился оттуда с толстым человеком на непомерно тонких ножках. Это был хозяин ресторана. Он вышел из своей комнаты с газетой в руках. Он посмотрел раньше на Магарафа, потом на его большую фотографию в газете, заулыбался, что-то сказал официанту, а сам подбежал к столику нашего героя:
– Разрешите, господин Магараф, предложить вам индейку с яблоками и чудного французского шампанского.
– Спасибо, – ответил Томазо Магараф и ужасно смутился, – спасибо, но мне что-то не особенно хочется.
Хозяин сразу, очевидно, понял, в чем дело.
– Что вы, что вы, господин Магараф! Вы не должны меня обижать! Ведь я от всего сердца… Такая честь: Томазо Магараф в моем ресторане! Такая честь!
Тогда Магараф сказал:
– Ладно, раз уж вам так хочется… – и через несколько минут его столик был уставлен великолепной снедью и разными бутылками, а хозяин, присев рядом, развлекал Томазо беседой и подливал ему вина, счастливый и благодарный.
Наконец Томазо блаженно откинулся на спинку стула и увидел, что ресторан битком набит посетителями и все они без всякого стеснения смотрят на него. Это его нисколько не смутило, даже понравилось. Он понимал: на него смотрят не потому, что он лилипут, а просто потому, что он обыкновенный знаменитый человек. А так как он здорово выпил и ему было очень весело, то он подмигнул хозяину, и они вместе затянули: «Ты такой большой, мой маленький Томми!» – хозяин тенорком, а Томазо довольно приятным баритоном. Потом Томазо кивнул официантам, и те тоже подхватили песенку, а Томазо стоял и дирижировал, так что посетители остались очень довольны и сказали, что никогда так весело не проводили время в ресторане. Потом хозяин долго и прочувствованно жал Магарафу руку и говорил, что очень благодарен ему за то, что он не побрезгал его угощением, и что он умоляет господина Магарафа приходить к нему в ресторан завтракать, обедать и ужинать, и что это ничего не будет стоить господину Магарафу. Магараф, конечно, понимал, что выросший лилипут – превосходная реклама и что не будет отбою от посетителей, которые захотят посмотреть, как принимает пищу Томазо Магараф, тот самый, которого судили за то, что он вырос.
Когда Томазо внял мольбам ресторатора, тот снова бросился жать ему руки и сказал, что он сам будет заезжать за ним на квартиру и отвозить его из ресторана. Томазо сказал: «Ладно» – и вышел на улицу. Около окон ресторана стояла толпа зевак, глазевших на наспех написанные от руки плакаты, приклеенные прямо к оконным стеклам:
В этом ресторане
ежедневно завтракает, обедает и ужинает
ЗНАМЕНИТЫЙ ТОМАЗО МАГАРАФ
Зеваки восторженно смотрели на Магарафа. Подмигнув им с добродушием подвыпившего человека, он пошел своей дорогой. Зеваки валом повалили за ним. Чтоб избавиться от них, он зашел в первый попавшийся магазин. Это был магазин верхнего платья, и его владелец обрадовался приходу Магарафа не меньше, нежели хозяин ресторана.
– Ах, господин Магараф! Какое счастье, господин Магараф! Я вас сразу узнал, господин Магараф! – восторженно лепетал он, не зная, куда усадить дорогого гостя. – Это просто замечательно, что вы пришли! Я хотел сделать вам небольшой подарок, но не решался нарушить ваш покой, и вот вы вдруг сами пришли!
Примерно через час Томазо Магараф вышел из магазина в новом, дорогом костюме и отличном пальто.
– Остальное мы вам пришлем завтра утром, господин Магараф! Будьте здоровы, господин Магараф! Желаю вам счастья, господин Магараф! – кричал ему вслед владелец магазина.
«Остальное» – это были еще два костюма, демисезонное и зимнее пальто. 3а все эти дары Томазо оставил магазину свой прежний костюм, который тотчас же был выставлен в витрине со следующим плакатом:
В нашем магазине
ЗНАМЕНИТЫЙ ТОМАЗО МАГАРАФ
оставил этот костюм, из которого он вырос за три
с половиной дня своего судебного процесса
В нашем магазине
он оделся во все новое и самого высшего качества!
В бельевой, шляпный и обувной магазины Томазо вошел уже с заранее обдуманным намерением, и везде его расчет оправдался.
