С тем самым поездом, которым прибыл в Туберозу Аврелий Падреле, пришло в Бакбук и первое письмо от Томазо Магарафа. Береника ушла по каким-то делам в город, оставив присматривать за выздоравливавшим доктором госпожу Гарго.
– Вы, кажется, ждали письма из Города Больших Жаб, доктор? – промолвила с сияющим лицом добрейшая вдова и вручила встрепенувшемуся Попфу конверт, который он сразу вскрыл, обнаружив небольшой листик, густо исписанный крупным, очень четким почерком.
С минуту доктор Попф просидел ошеломленный. Потом он таким страшным голосом крикнул: «Где газеты?!», что бедная вдова мгновенно залилась слезами. Она очень испугалась. Не за себя, а за доктора. Так он был взволнован. Она поняла, что не должна была давать ему письмо, что надо было подождать возвращения Береники. Но было уже поздно.
– Какие газеты, доктор? – осведомилась она, удрученно шмыгая носом.
– Те самые, которые вы от меня прятали, черт возьми!
– Но, право же, доктор, я от вас никаких газет не прятала, – оправдывалась бедная Гарго таким горестным голосом, что Попфу стало стыдно за свою грубость. Он постарался взять себя в руки.
– Ради бога, госпожа Гарго, – обратился он к вдове уже совсем другим тоном, – вы только не принимайте на свой счет мои вопли!
– Да что вы, доктор! – смущенно замахала руками бедная женщина, вытерла слезы и даже попыталась улыбнуться. – Но я действительно не знаю, где газеты.
– А мы не маленькие. А мы поищем, – произнес Попф самым веселым тоном, на который был способен в настоящую минуту. – Бывали до болезни случаи, когда мне удавалось находить в этом доме даже журналы…
Когда Береника вернулась из города, она застала своего мужа полулежащим на постели и погруженным в чтение. Куча газет валялась возле него на полу, и почти с каждой страницы на нее смотрел Томазо Магараф, заснятый в разных ракурсах, в разных местах, в разных положениях: Томазо Магараф в зале судебного заседания и Томазо Магараф у себя дома, Томазо Магараф во время утреннего туалета, Томазо Магараф обедает, Томазо Магараф на улице и Томазо Магараф, беседующий в кулуарах со своим адвокатом, Томазо Магараф, пожимающий кому-то руку, Томазо Магараф веселый и Томазо Магараф в явно дурном настроении, пишущий Томазо Магараф, зевающий Томазо Магараф, читающий Томазо Магараф, Томазо Магараф, покупающий газету, в которой всю страницу занимает портрет самого Томазо Магарафа…
