Паткуль. Неистовый лифляндец полностью

Письмо к царю очень обстоятельное и длинное – настолько длинное, что заключённому, чтобы написать его, понадобился, вероятно, не один вечер. Видно, что написано оно не под влиянием одних только эмоций, это документ государственного человека, осознающего свой долг и ответственность. В нём проявились весь аналитический ум Паткуля, его прозорливость и уверенность в своей правоте. Он докладывает об обстоятельствах своего ареста, отмечая грубое нарушение международного права и его статуса неприкосновенности как посла России; просит не верить наветам его клевретов и обещает царю во всём оправдаться, так что «не только вы с обеих сторон, но и весь свет увидит мою невинность и узнает неслыханную свирепость сих варваров. Прошу не милости, а справедливости и суда и уповаю, что Ваше величество в том мне не откажете, но своею, Богом данною, силою меня освободите и даруете возможность на суд всего света представить моё дело и на меня наветы. Смиренно уповаю, что Ваше величество в моём лице вашу собственную повреждённую честь охраните, подобно другим христианским государям, которые так поступают и в меньших случаях, отомстите за ваше оскорбление, чтобы всегда имели к Вашему величеству почтение, как наивеличайшему в свете государю. Как публичный министр, я стою под властью государя, которого дела отправляю, а у другого свят и невредим. Всё, что можно мне сделать: запретить вход, а самосильством управы не искать».

Паткуль догадывается, что формальным предлогом для вылазки его врагов послужило дело о русском вспомогательном корпусе, и в деталях, с самого начала, излагает историю этого многострадального воинства: о том, как с ним обращались саксонцы, отказывая в предоставлении провианта и крова, о том, как он обивал пороги саксонского военного ведомства, пытаясь добиться от него хоть какой-нибудь помощи, о том, как он тратил собственные средства, чтобы не дать бедным солдатам умереть с голода и отчаяния. Он ссылается на письма царя и Головина, давшие ему полномочия на вступление в контакт с графом Штраттманном и рассказывает о том, какие благоприятные условия удалось «выторговать» у австрийцев для русских военных. Он упоминает, что вопрос о переводе корпуса обсуждался на собрании офицеров и что офицеры единодушно выбрали вариант службы у кайзера, предпочитая его голодной смерти в Саксонии. Наконец, Паткуль раскрывает суть секретных статей договора с австрийцами, которые могли служить только на пользу России. Он собирался выслать текст договора на одобрение Петра, но помешал пресловутый арест. Паткуль просит царя вызволить его из тюрьмы и обещает оправдаться перед ним по всем статьям. Он умоляет не сообщать об этом письме саксонцам, чтобы не вызвать с их стороны ненужных репрессий.

И это письмо в Россию из Зонненштайна, вопреки утверждениям Е. Эрдманна, было не единственным[62]! В начале того же рокового 1706 года от Паткуля приходит письмо к Головину. Оно коротко, это даже не письмо, а записка. Приводим её полностью в версии профессора Н.Г.Устрялова: «Не знаю, дошло ли моё письмо государю. Пишу ночью тайно, сижу в той же яме, где содержался преступник Герен, на стене видно ещё, где он писал собственной рукой. Если государь меня оставит, несчастлив тот, кто верно ему служит».