Паткуль. Неистовый лифляндец полностью

Триумф Паткуля был недолговечен. Небо над горизонтом затягивалось тучами. Противники Паткуля отнюдь не успокоились и продолжали вынашивать планы его устранения. Не последнюю, если вообще не первую, роль в заговоре против ненавистного «выскочки» из Лифляндии играл всё тот же маркиз дю Эрон. Именно Паткуль приложил все усилия к тому, чтобы перечеркнуть планы Версаля в отношении короля Августа, поэтому посол считал его своим личным врагом. Не сидели сложа руки и шведские агенты. То, что не удалось сделать в Бирзене, решили повторить в Лейпциге.

Поскольку Август всё ещё нуждался в Паткуле как необходимом связующем звене с русским царём, свалить лифляндца традиционным методом, то есть, с помощью интриг и сплетен, вряд ли удастся. Но очернить его в глазах короля можно, только надобно было воспользоваться иными средствами. Почему бы не попытаться уничтожить Паткуля при помощи самого Паткуля? Он просто стал невыносим со своей открытой нетерпимостью, неуправляемой вспыльчивостью и гневливостью, безмерной надменностью по отношению к другим.

И если разобраться, то по существу такая оценка личности Паткуля имела под собой все основания – наследственные черты его характера уже давали о себе знать и ранее – недаром всё более отдалялся и охладевал Флемминг, демонстративно игнорировал услуги тайного советника Паткуля новый канцлер Фюрстенберг, а при дворе распускались всякие порочащие имя Паткуля слухи, в частности, называли все его далеко идущие планы химерой, а самого автора – искателем счастья и чинов, прожектёром-неудачником, который, предав шведского короля, может изменить и Августу.

Естественно, Паткуль почувствовал всю эту возню вокруг своей персоны и начал принимать свои контрмеры. Он добивается от Августа выпуска декрета, в котором король просит независимых юристов и экспертов страны оценить личность и поступки Паткуля, так «несправедливо осуждённого в шведском королевстве». Чтобы поддержать свой пошатнувшийся среди своих соплеменников и при европейских дворах авторитет, Паткуль организует публикацию т.н. дедукций, в которых известные юридические авторитеты, в том числе и Кристьян Томазиус, доказывают справедливость поступков бывшего подданного короля Швеции, объясняют его переход на службу к польскому королю и оправдывают борьбу за независимость Лифляндии. Дедукции распространяются по всей Европе и некоторые её экземпляры попадают даже в Швецию.

В брошюре «Основательная, но скромная дедукция невиновности Й.Р.Паткуля» бывший шведский подданный, оправдывая свой переход на службу от одного государя к другому, развивал революционные и далеко не безопасные для себя взгляды. Он, в частности, утверждал, что если монарх перестаёт заботиться о своём подданном, то подданный может считать себя вполне свободным по отношению к нему от всяких обязательств. Думается, что такой взгляд на вещи вряд ли был по душе королю Августу, и можно быть уверенным в том, что мимо злопамятного монарха этот пассаж не прошёл.

То, что потом произошло весной 1701 года, нам известно со слов самого Паткуля, в частности, из его дружеских писем к посланнику Моро. Противники Паткуля решили «зацепиться» за некоторые, ставшие их достоянием подробности его личной жизни. Заговорщикам стало известно, что Паткуль поддерживает близкие отношения с некоей француженкой – «маленькой конфиденткой», к которой «был не равнодушен и король». Сам Паткуль её имени не называет, а вычислить её из целого сонма наложниц короля Августа историкам пока не под силу. Наложницам самого «сильного» в сексуальном отношении короля, включая и дочерей Галлии, просто несть числа![42] Вероятно, Паткуль недаром называл свою подругу конфиденткой – скорее всего он сочетал приятное с полезным и получал через неё нужные сведения о короле и настроениях в его окружении. Августу было известно об ухаживании Паткуля за своей фавориткой, но король проявлял великодушие и даже использовал это обстоятельство для беззлобных шуток и подначиваний над ним.

Мина под Паткуля была заложена в Варшаве в период его отъезда в Лейпциг. Перед самым отъездом он обнаружил, что в его доме объявился новый сосед – некий бравый полковник Сен-Поль, адъютант Августа и французский подданный, за которым, по слухам, тянулся целый шлейф приключений и амурных похождений. Француз состоял какое-то время на датской службе, но был уволен оттуда за убийство на дуэли знатного датского дворянина. Из Дании Сен-Поль отправился в Венецию, но и там по каким-то причинам не ужился и вот теперь поступил на службу в саксонскую гвардию.