Знаев посмотрел на ладонь, плоскую, коричневую, с широко расставленными длинными пальцами, похожими на корневища, с янтарно-жёлтыми ногтями, ладонь аборигена Гипербореи – ужасно живая, еле уловимо дрожащая от собственной силы, она была готова прорасти сквозь гладкую плоскость ресторанной столешницы, пригвоздить реальность к почве, застолбить участок, ухватить горсть смысла и сохранить навечно.
Знаев потянулся, намереваясь коснуться – но на половине движения отдёрнул руку. Колдун-зимогор смотрел пристально. Знаев усмехнулся, понимая, что выглядит жалко. Испугался.
Если бы его палец прошёл насквозь – он бы не простил миру этой страшной шутки.
– Нет, – пробормотал он, преодолевая стыд. – Не буду.
Колдун тут же убрал ладонь.
– Боишься? – осведомился он.
Знаев вспотел и задохнулся.
– Нет, – ответил. – Просто не хочу знать. Если ты – иллюзия, значит, всё, что случилось со мной в последние две недели, – тоже иллюзия. А я не согласен. Мне нужно, чтобы всё было реальным. Конкретным на сто процентов. И я. И ты. И даже мой чёрт. Я не буду тебя трогать. Я вообще сейчас встану и уйду.
Колдун оглянулся: компания дам насладилась никотином и вернулась допивать. Они активно перешучивались с барменом и официантом, но на двоих мужиков за соседним столом не смотрели.
– Девушки! – зычно позвал колдун.
Дамы повернули к нему красные лица.
– Простите великодушно, – сказал колдун. – Можно вас на два слова? Очень прошу. Пожалуйста.
– Всех? – смело спросила одна, стриженная под мальчика, сидящая ближе других и явно пьяная больше других.
– Самую смелую, – сказал колдун и подмигнул Знаеву.
Коротко стриженная уверенно подошла. Это было мини-дефиле, длиной в два шага. Знаев смутился. Колдун убрал со стула вещмешок, но дама осталась стоять, положив руку на бедро. Прочие наблюдали.
– Мой друг, – колдун указал на Знаева, – думает, что я – галлюцинация. Скажите пожалуйста, вы меня видите?
– Вижу отчётливо, – смело ответила коротко стриженная, глядя маслеными зрачками. – А вообще, меня Наташей зовут.
– Очень приятно, – сказал колдун, вставая со стула и распрямляясь в свои два метра. – А я Сергей. Сам – не местный… Проездом. Из Гипербореи.
Он протянул ладонь. Коротко стриженная пожала её, но тут же отдёрнула руку, и тень испуга мелькнула в плывущем взгляде.
– Настоящая? – спросил колдун.
– Что?
– Ладонь – настоящая?
– Да. Только ужасно твёрдая. – Дама слегка пошатнулась. – Есть ещё вопросы? Или, например, предложения?
Она посмотрела пристально на колдуна, затем на Знаева.
Колдун вздохнул.
– Простите, Наташа, – сказал он с глубоким сожалением. – Мы бы предложили. Но увы… Мне и моему другу пора идти… Мы уезжаем… У меня – поезд, у него – самолёт… Спасибо… Вы нам очень помогли…
«Какой самолёт?» – подумал Знаев с недоумением.
Разочарованная Наташа пожала плечами, развернулась на левом каблуке и удалилась к своим.
Колдун тут же снова водрузил на стул свой туго набитый мешок.
– Убедился? – спросил он.
Знаев кивнул.
– Хочешь, выйдем в туалет? Посмотришь в зеркало. Если я отражаюсь – значит, я реальный.
– Нет, – сказал Знаев. – Спасибо, друг. Если мы вдвоём пойдём в туалет – нас примут за педиков. Я всё понял. Я внял. Мне пора.
Он положил на стол деньги и встал.
– А я ещё посижу, – вдруг сказал колдун, улыбаясь слегка двусмысленно. – Ты не против?
– Нет, – ответил Знаев. – Отдыхай, дорогой товарищ.
Колдун покосился на девушек; все они теперь пожирали его взглядами.
– Я, может, сегодня никуда не поеду, – сказал он. – Куплю билет на другую дату. Не такой большой убыток.
Он изящно взял полупустой бокал тремя пальцами, повернулся к девушкам и отсалютовал. Девушки просияли. Колдун глотнул и улыбнулся. Сверкнул золотой зуб в углу рта.
– Прощай, – сказал Знаев.
– Брось, – сказал колдун. – Что значит «прощай»? Ещё не раз увидимся.
Он встал и хлопнул Знаева по плечу – как будто деревянной доской приложился, с небольшого замаха.
«Господи, – подумал Знаев. – Это всё настоящее. Я ничего не выдумал. Я не сошёл с ума. Я нормальный. Такой же, как прочие, один из пятнадцати миллиардов, живущих от Чукотки до Австралии. Слава богу, я не исключительный, я – как все».
– …И ты, – сказал колдун.
– Что?
– И ты сегодня никуда не езди.
– Нет, – сказал Знаев, и покачал головой. – Я уже всё решил. Попрощаюсь с друзьями – и вперёд.
– Ладно, – сказал колдун слегка разочарованно. – Как хочешь. Удачи тебе.
Знаев прощально кивнул девушкам. Две наименее пьяные и возбуждённые (и, очевидно, замужние) на него не смотрели; зато две другие, немного постарше и посмелей одетые, столь приязненно помахали голыми руками, что на миг он тоже передумал уходить.
– Иди, – поторопил его колдун. – Ты ведь не все дела закончил.
– Да, – сказал Знаев. – Кое-что осталось.
Когда вышел из кабака под небо – дождь уже кончился; тротуары быстро высыхали.
Позвонил Горохову; сказал, что хочет попрощаться и готов приехать.
– Знаешь что, – ответил Горохов, – надоел ты, шеф. Хватит тебе самому везде мотаться. Посиди на месте. Я сам к тебе подъеду.
