Жив ли там кто-то еще? Что там твориться?
— Где Ибн-Рауд? — Мурза не узнал своего голоса. — Сюда его!
Кто-то из окружения помчался неукоснительно выполнять распоряжение. А может, просто решил, что сейчас лучше быть где угодно, только не здесь. В ярости Кровавый меч мог сотворить со своим окружением многое.
Но сейчас в его, разрываемой от боли голове бились мысли.
Кулаки сжимались и разжимались, сам он замер и смотрел на покрытый дымом холм.
Что делать? Алаах! Центр горит, лес полыхает. Идти вперед, сквозь огонь! Нет! Или, да⁈ Это же говорил мудрый бахши. Думать! Думать! Может это и есть знак.
Он прижал руки к шлему, завертел головой.
Что левый фланг? Гонец сообщил недавно, что там, у русских совсем все слабо. Может дать приказ… нет! Нет! Здесь тоже было легко и что? А теперь его люди горят! Там засада, точно так. Здесь везде ловушки и обман.
Дым, гарь и запах жженой плоти наконец-то дотянулся до него. Начал клубиться вокруг. То, что он видел, вся эта геенна, сущий джаханнам теперь распространялась сюда, надвигалась. Промедление подобно смерти. Скоро его будет не видно подчиненным. Управление армией рассыплется.
Впереди в дыму люди кричали, бились в корчах, звали на помощь.
Есть еще правый фланг. Что там? Вестей нет. Нет! Но там лес — оттуда гонцам добраться сложно. Чертов лес, не степь, где все видно! Деревья, чтобы Аллах забрал их все, оставив только бескрайние степи и полноводные реки.
Из дыма выбрались первые люди, ошалелые, обезумевшие.
Кан-Темир узнал одного из них. Это один из беев, которых он отсылал штурмовать холм первыми в авангарде. Глаза выпучены, рот перекошен, шапка слетела, клок волосы вырван, и из огромной ссадины проступает кровь. От халата идет дым.
Он бежал неуклюже, припадая на правую ногу. Оступился, упал, пытается встать, пополз на карачках. Выл и стенал.
Безумие!
— Где Ибн-Рауд⁈ — Заорал мурза во второй раз.
— За ним послали, господин. — Отвечает один из тельников.
Их взгляды встретились. Неуверенность, вот что в нем видно. В этом верном ему человеке. Даже он, такой как он, не готов идти на все ради своего лидера, своего мурзы. До чего мы дошли! Потомки великого Чингисхана!
И он решился.
— Алга!
Кан-Темир спрыгнул с коня, выхватил саблю.
— За мной! Все! За мной! Агла!
Бахши сказал, что он в зареве заката отыщет здесь свою славу! Он сказал, что полыхнет, словно факел! Русский сам не знал, что сделал! Это знак! Точно! Знак.
— Алга! За мной! Вперед!
Тельники подхватили приказ, закричали стройно.
— Алга! Алга!
