И в самом деле, посреди комнаты стояла Барбара; в лице у нее, как иной раз у ее отца на скачках, на охоте или на бурных заседаниях кабинета министров, были и тревога и решимость.
- Я узнала ваш адрес у мистера Куртье, - тотчас начала она. - Мой брат заболел. Боюсь, что у него горячка, вам надо сейчас же ехать к нему в Темпл; нельзя терять ни минуты.
Комната поплыла перед глазами Одри; и однако все ее чувства сверхъестественно обострились, она даже различала доносящийся с реки запах илистого берега, обнаженного отливом. Она сказала дрожащим голосом:
- Я поеду... да, я сейчас же поеду.
- Он совсем один. Он не просил вас позвать; но мне кажется, одна надежда - на вашу помощь. Он принял меня за вас. Когда-то вы мне говорили, что вы неплохая сиделка.
- Да.
Стены уже не плыли перед глазами, но сверхъестественная острота чувств исчезла, все словно окутал туман. Смутно донесся голос Барбары:
- Я довезу вас до самого дома.
- Я сейчас, - пробормотала Одри и ушла в спальню.
Минуту она стояла в растерянности, опустив руки. Потом все мысли захлестнула странная, тихая, почти мучительная радость. Она сразу словно преобразилась; и быстро, обдуманно, без суетливости она стала собираться. Уложила в чемодан самое необходимое для себя; затем - фланель, вату, одеколон, грелку, спиртовку, плед, термометр - все, что могло пригодиться для ухода за больным. Переоделась в простое, скромное платье и с чемоданом в руках вышла к Барбаре. Они сели в такси. И едва оно тронулось, приближая ее к испытанию, столь желанному и столь страшному, Одри вновь охватил ужас, и, молча, бледная, как полотно, она забилась в угол. Потом услышала, как Барбара окликнула шофера:
- Поезжайте через Стрэнд и остановитесь у мясной, нам нужен лед.
И когда им подали ящик со льдом, вновь послышался голос Барбары:
- Если он в самом деле серьезно заболеет, я доставлю вам все, что вы скажете.
Наконец они доехали. Одри увидела распахнутую дверь и лестницу, и тут к ней вернулось мужество.
Теплая рука Барбары сжала ее руку, - и, подхватив чемодан и ящик со льдом, Одри стала поспешно подниматься по ступеням.
ГЛАВА IX
Покинув Нетлфолд, Милтоун возвратился к себе и тотчас принялся за работу над своей книгой по земельному вопросу. Он работал всю ночь напролет - это была уже третья бессонная ночь и весь следующий день. К вечеру он почувствовал, что у него тяжелая голова, вышел из дому и прошелся взад и вперед по набережной. Потом, опасаясь, что будет ворочаться в постели без сна, сел в кресло. Так, сидя, и уснул, но его мучили страшные сны, и, проснувшись, он не почувствовал облегчения. Приняв ванну, выпил кофе и опять заставил себя взяться за работу. Среди дня он совсем обессилел, голова непрестанно кружилась, но есть ничуть не хотелось. Он вышел на раскаленный солнцем Стрэнд, купил понадобившуюся ему книгу, выпил еще стакан кофе и, возвратясь домой, опять сел за работу. Часа в четыре он поймал себя на том, что тупо смотрит на строчки, не понимая ни слова. Лоб и виски горели, он пошел и подставил голову под кран. А потом, сам этого не заметив, начал ходить взад и вперед по спальне и разговаривать сам с собой; и так его застала Барбара.
