Храмовники остались у Сидуса, дэум Куно начал молитву. Пиррэт Гролс и трое патрульных входили в их группу: во-первых, в случае чего попытаться прикрыть служителей Единого, а во-вторых, послужить возможной приманкой демону, чтоб заманить его к колодцу.
Прислушиваясь к доносящемуся со стороны рынка шуму, молодой человек нервно сжимал рукоять пистолета и гадал — получится ли у патрульных увести хташа в сторону площади? Задумавшись, он не сразу услышал чьи-то быстрые шаги. Внезапно в конце переулка показалась фигура и быстро побежала в его сторону. Моментально вспотевший Кальвадос вскинул руку с пистолем и уже приготовился выстрелить, но разглядев, что это человек, облегченно перевел дух, и чуть опустил руку, не убирая оружие.
— Стойте… не стреляйте! Я… то есть… мне капитан ваш нужен… ну или ир Борсон, — человек явно запыхался, когда бежал и толком не знал, что сказать. Согнувшись и держась руками за колени, он остановился в метрах пяти от Кальвадоса в попытке отдышаться. Свет в проулок почти не доставал и поэтому Кальвадос не сразу узнал в этом на скоро одетом человеке торговца, к дому которого он не так уж и давно провожал Тьюн.
— Что случилось, почему вы покинули дом? — сердце и так колотилось с того времени, как послышался рев хташа в городе, а сейчас и вовсе пыталось выскочить наружу в предчувствии еще одной беды.
— Ох… это вы, ир Борсон… нашел-таки… — пыхтя и отдуваясь торговец выпрямился и подошел ближе. Вид у него был не ахти какой: важный и серьезный ранее ир Трэнри выглядел помятым и очень, очень испуганным.
— Ну что же вы молчите! Рассказывайте! — не выдержав прикрикнул Кальвадос.
— Я спал, проснулся от кошмара… знаете, бывает такое что можно подумать чужой голос прямо у тебя в голове что-то нашептывает? — начал рассказывать торговец. — Так вот, просыпаюсь весь в липком поту, глядь — а жены то рядом нету. Спускаюсь я, значит, вниз, чувство еще такое нехорошее гложет, навроде хотят обокрасть меня, а я ведь удачлив в торговле как раз благодаря этому самому чутью… — ир Трэнри уже не дышал так шумно, говорил быстро и с волнением, иногда запинаясь в своих мыслях.
— Ну-ну, спустились вы вниз и что? — торопил его Кальвадос, нервы как натянутая струна звенели.
— Так вот мое чутье и не подвело. Спускаюсь, смотрю, а жена моя дверь открывает. Кричу ей: «Пошто ты глупая дверь отворяешь, говорили нам до утра не выходить из дому и дверь не отворять!», а она и не обернулась, замерла, словно одеревенела. Спешу, думаю закрою сам дверь, а тут она сдвигает последний засов да дверь как распахнется! Человек пять или шесть к нам ворвалось, ни словечка не сказали за что и почему: жену оттолкнули, меня по голове стукнули… В общем, когда пришел в себя, я увидел, как тащат связанную ер Хадрэ и ир Дэйроса. А парень весь в крови! Видать сопротивлялся… Что за люди, знать не знаю, по виду так ворье да темные людишки. Странные, правда какие-то, как и не живые вовсе.
— То есть Тьюннари похитили? — воскликнул Кальвадос.
Сердце молодого человека будто сжала безжалостная когтистая лапа и вот-вот раздавит. Как же все описываемое похоже на действия чернокнижника! Если он при помощи замороченных утащил ее в другое место, то она может быть жива еще и парень стал думать, как поступить: и демон на подходе, не отвлечь ему чистильщиков, и надо узнать, что же в доме торговца случилось… хоть разорвись… Но большая часть его души все же рвалась к Тьюн, чувствуя, что с ней приключилась беда.
— Идемте, пожалуй, быстрее к вашему дому, по дороге договорите, — приняв окончательное решение, он развернулся и быстро пошел прочь от площади.
«Надеюсь, команда ир Алессоро справится без меня, все-таки они опытные ребята», — размышлял Кальвадос, продолжая внимательно вслушиваться в слова торговца.
— Ну да, я ж говорю: молчком вломились, ничего из вещей не взяли, не убили. Меня пару раз только ногами ударили, когда попытался подняться, опять же молча все… Один только, который последним выходил, все бормотал что-то, я попытался прислушаться, да не наш язык-то. Как они ушли сразу сюда и побежал.
После этих слов Кальвадос окончательно уверился что в случившемся замешан разыскиваемый ими чернокнижник. Только зачем ему Тьюн? Глупо как-то запудрить мозги нескольким людям, чтоб те похитили ее.
Они все еще шли скорым шагом по улице, торговец шел чуть позади, в очередной раз пересказывая подробности нападения и размышляя о странностях похитителей. Он все сильнее выдыхался от ходьбы. Где-то далеко слева слышались выстрелы и рев хташа.
От внезапно возникшей мысли Кальвадос резко остановился, торговец с тихим ругательством натолкнулся на его спину.
— Подождите, мне надо подумать…
