Сегодня я встречалась с нашим адвокатом Георгием Владленовичем. Деньги ему почти все собрала. Сняла у себя все с книжки, пятьсот долларов заняла на работе, тысячу дал дядя Витя. Коля, придется продавать твою машину, этим занимается дядя Витя, он разбирается. На всякий случай он ищет вариант поменять нашу двухкомнатную на однокомнатную с доплатой.
Коля, все образуется, все станет на свои места, Бог нас простит, будем мы еще счастливы, верь, сынок».
Прошло полгода.
Братья Фомичевы сидят в тюрьме и ждут суда. В камере, в духоте и смраде, у Хипаря начал гноиться разбитый глаз, он им практически не видит.
Родители Незнайки, похоронив сына, стали пить больше прежнего. Телевизор «Самсунг» давно продан.
Адвокат Николая Георгий Владленович кому надо дал взятку, уголовное дело в части, касающейся действий Колобова, было прекращено вследствие изменения обстановки, вызванной его психическим расстройством.
Полную астрономическую сумму, требуемую адвокатом за всю проделанную им работу, мать Николая собрать не смогла. Но Георгий Владленович был и так доволен. «Быстрее всего стареет благодарность. Аристотель», – как бы с сожалением, качая головой, сказал он ей, принимая деньги.
Из института Сербского Колобова перевели в Московскую областную психиатрическую больницу № 3. Облупленные, грязно-зеленые стены его палаты, угрюмые лица ее обитателей не так пугают Николая, как гудки автомобилей за окном, как голоса приходящих к больным посетителей и любые другие напоминания о том мире, где опасность, по его мнению, поджидает на каждом шагу, опасность, от которой он видит для себя только один выход: спрятаться, забиться в угол и закрыть глаза.
Он не был самым добропорядочным человеком, но он был отважным…
Время от времени ввязывался в сомнительные дела, за бесценок сдавая в наем свое мужество и мастерство тем, кто был этих качеств лишен.
В военное время человек этот наделал бы чудес: его бы послать куда-нибудь пробраться сквозь непроходимые, опасные места, украсть перед носом у самого неприятеля пушку – это его бы дело.
Но за неимением военного поприща, на котором бы, может быть, его сделали честным человеком, он напакостил от всех сил.
Над провинциальным кладбищем висит весеннее прохладное небо. Среди облаков в бескрайнем хрустальном пространстве уже гуляют воздушные потоки пробуждающейся после морозов природы, они носятся меж голых деревьев, веют над рыхлым снегом и приятно тревожат душу.
День перевалил за половину. Машины и автобусы траурных процессий уже разъехались, оставив за собой у входа на кладбище месиво весенней грязи и тишину.
Сбоку от недавно отреставрированной часовни на огороженной площадке выставлены на продажу разной формы и размеров могильные плиты и кресты. Там же примостились несколько магазинчиков, где можно приобрести иную продукцию печальной тематики: венки, цветы искусственные, цветы живые.
В ветвях деревьев по-весеннему живо и звонко щебечут птицы. Стучит падающая на шифер бриллиантовая капель. Сквозь сизые тучи сияет солнышко, окрашивая их янтарно-медовым цветом. Равнодушная природа демонстрирует показательную отстраненность от дел людских.