Кивнув, я поднялся и пошел к выходу. Мне совершенно не понравился разговор, но в глубине души я понимал, что куратор и тренер (и государство за их спиной) правы. И это мне очень не нравилось, потому что вместо того, чтобы дать Гере в лицо, можно даже с ноги, придется давать ему шанс.
Вся четверка, дожидаясь меня, или Анну Николаевну, собралась в общем зале. Гера сидел поодаль от всех, кусал губы и хмурился, остальные посматривали то на него, то на меня, когда я вошел. Начал сразу без предисловий.
— Гера, есть вопрос. Ты хочешь остаться в команде?
— Я хочу остаться в команде, и еще хочу попросить у тебя прощения.
Ничего себе, похоже в лесу что-то сдохло — ни разу он прощения не просил. Или надумал что-то, пока в сумраке к свету шел, или громко сопящий Ушан ему разложил все только что, пока меня обрабатывали. Виталик с виду недалекий пухлый добряк, но иногда мне кажется, что в животе у него мозг, который просто в голове не поместился.
— Хорошо, Гера, принято. Пока я капитан — раз уж на кону, как мы выяснили, наши жизни, здоровье и прочие мелочи по типу сохранения нашей цивилизации и жизни на Земле, мои приказы во время тренировок и тем более боевой обстановке не обсуждаются. Потом, как и раньше — сколько угодно, на совете команды. Ты с этим согласен?
— Да.
— Тогда сойдемся на том, что выплеск гнева лицом важной персоны в дверь был первым и последним твоим несогласованным перфомансом. Тебе передали дальнейшие подробности нашего с девушкой общения?
— Да. Ушанище сказал, что ты мои действия не поддерживаешь, но одобряешь.
Точно Виталик разъяснительную беседу провел. Вопрос о том, что Гера оставил меня за забором при приближении обратившихся демонов или бестий — кто они теперь официально неясно, я поднимать не стал. Потом будут разборы, когда высплюсь, сейчас могу быть излишне резок.
— Ясно. Хорошо. Теперь давайте по комнатам и спать. Кто может без таблетки, кто не может — со снотворным. Слова атамана насчет важности тренировок я бы недооценивать не стал.
— Макс, где я и где тренировки? — шумно вздохнул Виталик.
— Ушан, ты недавно мчал как товарный поезд и не сильно даже запыхался. В сумраке мы становимся быстрее и сильнее, и в бою с демонами твои помноженные на сверхсилу сто тридцать килограмм ярости определенно пригодятся. Тебе главное попадать, когда разгонишься.
Мои слова вызвали пару смешков, Ушан тоже улыбнулся, кивнув.
— Макс, ты сам в это веришь? — вдруг спросил Ваня.
— Я, скажем так, готов допустить, что все происходящее — социальный эксперимент, а нас накачали веществами и закинули в капсулы консервами, глядя за реакцией. Но даже если это эксперимент, когда ты дрыгал ногами и орал, умирая, ты верил в его нереальность?
Ваня мгновенно побледнел, не найдя сил ответить. Зато заговорил Ярик заметно дрожащим голосом.
— У меня до сих пор, как вспомню… — он не закончил и передернул плечами.
— Вот поэтому, даже допуская, что мы сейчас обколотые наглухо загружены в капсулы виртуальной реальности, я буду тренироваться, чтобы в следующий раз, попав в сумрак, не умирать как вы.
Это было жестко, но на мой взгляд необходимо. Причем совсем не для Ярика и Вани, а для Ушана и Геры, которые после всей этой сахарной патоки про избранных похоже если не звезду поймали, то категорически в себя поверили.
— И на этой оптимистической ноте, парни, давайте расходиться. Завтра будет непростой день, надо выспаться. А обсудить эту всю хурму мы еще успеем, не раз и не два.
После звонка будильника открыл глаза, полежал немного, осматриваясь в просторной комнате. Красиво. Прямо в роли римского патриция себя почувствовал, обстановка конечно роскошная. Рабынь только не хватает.
Недавние события воспринимались как плохой сон. Причем, что удивительно, погружение в сумрак помню четко, а вот последовавшие события — ночь в камере, допрос, перелет, казались каким-то нереальным, размытыми.
— Максим, доброе утро, это ассистент Геннадий, — раздался обволакивающий, идущий словно отовсюду бархатный густой баритон. — До начала утренней тренировки у вас осталось четырнадцать с половиной минут.
Ассистент Геннадий, надо же. Я его вчера перед сном настроил, ткнув в вариант случайной генерации, но увидев результат поленился перенастраивать, оставив на утро. Сейчас некогда, но надо конечно будет заменить, когда время появится.
Зевнул пару раз и соскочив с кровати пошел умываться.
— Геннадий, расскажи анекдот.
— Учитель алгебры очень расстроился, когда нашел свою жену с двумя неизвестными.
Хм. Ассистенты-девочки анекдоты не рассказывали, фыркали и морщились в ответ на подобные просьбы.
— Геннадий, а похабные знаешь?
— Милый, с чего начинается построение функции? С оси, милая. Опять⁈ Ну ладно.
Неплохо, неплохо. Не в смысле анекдоты, не смешно, но определенно кругозор у Гены в другую сторону шире, чем у привычных анимешных тянок, являющимися ассистентами у девяносто восьми процентов школьников.
Ладно, не будут пока отправлять его в цифровое небытие.
