Гера покивал задумчиво, после чего ехали молча. Кроме Вани и Ярика, которых распирало эмоциями, все заметно чувствовали себя опустошенными. Меня вообще прибило — томительное ожидание и напряжение схватки словно все силы из меня вытянули.
— Зайдешь попозже, — шепнула мне на ухо Анна, поймав момент на выходе из машины.
Время было уже около трех ночи, подъем завтра в девять тридцать. Поэтому долго я ждать не стал — подождал, пока парни разошлись по комнатам, после направился к номеру Анны. У двери приостановился, потому что шум ссоры был даже в коридоре хорошо слышен.
— … ты моя дочь и я за тебя волнуюсь! Как ты вообще могла до такого додуматься!
— Я не только твоя дочь, но одна из избранных!
— Ты выбрала культ войны! Господи, Вася, да если тебя убьют, я не переживу!
Ответ прозвучал неразборчиво, так что не расслышал.
— Ты подумала о том, что меня теперь уберут из вашей группы?
— Ну так и меня тоже теперь уберут.
— Да ты не понимаешь! Если бы я знала о твоих намерениях, я бы хоть что-то смогла ответить, мол так все задумано, а я там сидела губами чмякала-жмякала как дура последняя! Даже ничего толкового промычать не смогла, почему Морриган, откуда, почему ты первой вышла⁈ Ты представляешь, какой дурой я выглядела, меня же теперь вышвырнут просто!
— Мальчику своему претензии предъявить не хочешь? Вообще-то это он мне место уступил.
— А кто ему на ухо напел?
Не дожидаясь ответа Василисы, я стукнул пару раз и толкнул дверь, заходя.
— За прощальным сексом пришел⁈ — едко, едва слышным шепотом поинтересовалась стоящая рядом с дверью Василиса. — Извини, у нас тут семейный совет, — добавила она громче.
Действительно, в кожаном кресле в углу, расслаблено вытянув ноги, сидела Алиса и не встревая слушала перепалку.
— Впрочем, не буду вам мешать, — повернулась Василиса к двери. — Алиса, пойдем, это мамин новый близкий друг.
Выйти у нее не получилось — я сделал шаг назад, перегородив выход.
— Пара минут, — произнес я, глядя в зеленые глаза. — Пара. Минут. Присядь, пожалуйста.
— Постою, — буркнула Василиса, отходя к окну.
Кивнув, я прошел через помещение и сел боком на стол, так чтобы хорошо видеть всех троих.
— Анна, вы никуда не поедете и останетесь куратором нашей группы. Сейчас объясню почему.
— Подсуетишься, герой?
— Васямльть! — прикрикнула Анна ничуть не хуже освобождавшего меня недавно бойца спецназа. — Попридержи свою желчь, при сестре хотя бы веди себя прилично!
— Да ладно, кого стесняться, все свои! Тут каждый кто в комнате в тебе побывал так или иначе…
Не сразу я понял смысл сказанного. Только когда лицо Анны буквально окаменело догадался, о чем речь.
— Василиса, это уже слишком, — проговорила вдруг Алиса. — Я бы на твоем месте попросила прощения.
— Мама, прости, я перегнула палку, — потупившись, негромко произнесла Василиса. Анна по-прежнему стояла с каменным лицом, и мне показалось что она сейчас старшую дочь ударит.
— У Васи было сложное детство, а в садике на утренниках ее часто заставляли играть роль говна, — вдруг ангельским голосом проговорила Алиса, глядя на меня. — Максим, ты уж пожалуйста извини сестренку. Так-то она хорошая девочка, просто впечатлительная, вжилась в роль настолько, что не вырваться из образа.
Говорила Алиса мне, но слова точно предназначались Анне — нездоровый блеск из её глаз пропал, похоже физическое наказание откладывается. Я же новым взглядом посмотрел на Алису. С такой спокойной рассудительностью она не к Фортуне, а к Афине должна пойти — голова явно не пустая. Просто за образом бело-розовой тян как-то совершенно незаметно, что девушка определенно неглупа.
— Итак, первое, — сделал я вид, что не заметил чуть было не перешедшей в драку семейной переклички. — Римская империя во время экспансии чужих богов не уничтожала и не предавала анафеме, инкорпорируя в свой божественный пантеон. До Ирландии римляне просто не дошли, а если бы дошли, Морриган скорее всего была бы не только богиней зеленого острова.
— Аргумент, — с выражением протянула Василиса.
Господи, как же она меня бесит.
— Второе, — произнес я, глядя на Анну. — Морриган не дева войны, а королева воинов. Она, теоретически, не принимает участия в схватке, она направляет и вдохновляет сражающихся.
Василиса промолчала — ни себя, ни свою богиню хвалить не стала.
— Третье. Случившееся на арене — мой отказ выходить первым, это воля богов. Мне было видение с Афиной, которая сказала мне, дословно: «Если не станешь последним, то не будешь первым». Василисе тоже было видение, где ей явилась Морриган и сказала, что… — посмотрел я на девушку.
— Неважно, — буркнула она, глядя на мать как мне показалось смущенно. Ну не хочет говорить, черт с ней.
— И последнее, самое главное. Анна Николаевна, вы же видели…
— Анна Николаевна… — передразнила меня Василиса.
— Вася, заткнись, очень тебя прошу. Последний раз предупреждаю! — процедила Анна.
— Или что? Ногой в лицо ударишь?
После того, как сестра ее осадила, спокойствия Василисе хватило совсем ненадолго.
— Нет, просто задам тебе один вопрос, от которого ты очень расстроишься и убежишь горько плакать в уголке.
