Жмурясь, все еще осматриваясь по сторонам словно упавший с Луны Лунтик, я увидел причину тряски мироздания — тьма, недавно медленно вытекающая изо рта посаженной на кол жертвы, сейчас втекала обратно. Более того, в окна и в открытую дверь начали просачиваться клочья тумана, двигаясь к расположенному на полу жертвенному колесу. Сама страшная конструкция уже пришла в движение — спицы из мертвых тел понемногу, но неотвратимо раскручивались, словно на реверсе понемногу втягивая обратно в себя сумрачную мглу.
Гера в полном недоумении так и стоял на коленях, то ли размазывая кровь по разбитому об пол лицу, то ли закрывая уши. А вот мне нарастающий свист помог прийти в себя.
— Гера, валим! — заорал я, стараясь перекричать нарастающий гул, который как-то вдруг усилился так, словно здесь прямо в зале паровозный гудок орет. Еще немного и у меня кровь из ушей пойдет, настолько нестерпимо воет пусть медленно, но все более ускоряющееся колесо, раскручивающееся в обратную сторону.
Немного шатаясь, подбежал к стене, правой рукой подхватил Василису за плечо, удивившись что у нее на спине еще винтовка держится. Похоже, когда летела развернулась и ударилась в стену так же, как Гера в пол, плашмя и лбом. В левую руку подобрал с пола свой автомат — хорошо, он отлетел в ту же сторону.
Кое-как выбежал из здания, потащив девушку за собой по полу и все еще петляя, пошатываясь на ходу. В проеме двери звуковой волной аж в спину ударило — по крыльцу я скатился. Василиса только к этому моменту пришла в себя, открыла мутные глаза. Скорее всего очнулась из-за того, что во время падения я ей локтем не очень удачно прямо в середину груди приземлился. Ну или может от того, что она деревяшки на перилах крыльца головой обстучала, я не специально.
Мимо, шатаясь словно пьяный и держась за лицо, прошел Гера — согнувшись и оставляя на снегу след кровавых капель. Я закинул автомат за спину, подхватил Василису и потащил ее прочь. Крикнул Гере, не особо рассчитывая, а он взял и вернулся к крыльцу, подбирая винтовку Василисы, которая во время падения с крыльца все же сорвало у нее со спины.
Двигался в сторону дома Гера словно против сильного ветра, пригнувшись даже, а вот схватив оружие обратно пробежался бодро, как в спину подталкиваемый. Тут не только звук действует, тут в разнос сама ткань мира пошла, порвавшись и втягивая скверну обратно.
Когда Гера подбежал, я помогал ошалелой и слабо понимающей что происходит Василисе держаться на ногах. Гера немного не рассчитал и звучно шлепнул ей винтовкой по спине, возвращая оружие на магнитное крепление. Василиса едва не упала, я подхватил ее, Гера меня, и так втроем — почти домиком, опираясь друг на друга, мы побежали прочь. Ну, как побежали — со скоростью быстрого шага, потому что никто еще в себя не пришел, к тому же по высоким сугробам тропинку пробивать пришлось.
Сразу за границей снега звук практически исчез, поэтому мы приостановились и обернулись, наблюдая за происходящим. Это было что-то невероятное — сумрачная мгла закручивалась воронкой в небе над шале словно убегающая в слив ванной вода. Напор все усиливался — собравшаяся в самый настоящий смерч мгла разметала дверь и почти сразу фасад здания, чуть погодя в щепки разлетелась крыша, разложились по сторонам стены.
На фоне бушующего сумрачного смерча накрывший землю купол приобрел заметные очертания — стало понятно, что создана полусфера из множества гексагонов, равносторонних шестиугольников. Они выделялись на фоне голубого неба все явственнее, как вдруг со звоном — словно где-то далеко-далеко огромный молот в огромный колокол ударил, очертания гексагонов испарились дымкой почти мгновенно.
Исчез и смерч, просто пропал как не было. Все, чистое небо над нами. Вокруг еще стелется туманная дымка, но теперь это простой легкий туман, оставшийся после ухода сумрака. Василису поддерживать сразу тяжелее стало — вместе с разрушением купола ушла и заемная сила.
Видимость улучшилась, но радости это не принесло — кроме легкой дымки здесь остались и гоблины, их в воронку к большому сожалению не втянуло. И сейчас на улицах деревни, ниже по склону, по разным сторонам наблюдаю сразу несколько стай. Некоторые твари стоят на ногах и водят носом по сторонам, некоторые на четвереньках, мечутся совсем как собаки. Нас пока не видят. Похоже, как смерч закрутился сюда все побежали, а теперь, когда купол исчез, заметно растерялись. Ну да, лают что-то, словно переговариваются. Так, ладно, надо бы нам с открытого места…
— Oh my! Guys, what the [ш-ш-ш] is going on? — раздался совсем рядом болезненный девичий голос с хрипотцой.
