ДМИТРИЙ СЕРГЕЕВ
ПАЦИЕНТ ПРОФЕССОРА БРАВИНА
1
Стив Бравин занимался в кабинете, больше похожем на спортивный зал, чем на лабораторию ученого, - громадная комната с чисто побеленными стенами. В кабинете ничего лишнего: стол, высокое кресло, два больничных стула да небольшой шкаф.
Бравин сидел в кресле. В шкафу за спиной доктора на стеклянных полках хранились зеленые и синие ампулы. Ампулы эти гордость профессора, итог многих лет работы.
На лечение в клинику Бравина принимали только состоятельных пациентов. Стив назначал баснословную плату за лечение и обращался с сановными и знатными лицами пренебрежительно.
В окно профессор увидел подъехавший к ограде клиники двухцветный автомобиль, издали похожий на космическую ракету. В ворота машину не пустили. Это было причудой Бравина.
- Если даже сам Господь пожалует в клинику, от ворот до моего кабинета он будет идти пешком, - заявлял Стив.
Прямой, чопорный сенатор Лит Стен, его супруга и мальчик шагали по асфальтовой дорожке. Сенатор обладал почти миллиардным состоянием и безукоризненной родословной. Ходили, правда, слухи, что имена предков куплены Стеном. В этом нет ничего удивительного: многие больше заботятся о чистоте своей родословной, чем о собственной чести.
Дорожка, по которой шагали Стены, с боков обсажена колючими кактусами. Стив считал, что сразу за железной оградой клиники человек должен ощутить непривычность обстановки.
Спустя три минуты Бравин услышал голос сенатора в приемной.
На пороге кабинета появилась секретарша в белом халате.
- Сенатор Лит Стен, - звонкий голосок секретарши кощунственно нарушил тишину.
Стив милостиво кивнул.
Лит Стен уверенно шагнул в кабинет - и оторопел: пустота комнаты и ее беспредельность поразили его. Супруга сенатора, красивая и стройная женщина, заранее приготовила для Бравина одну из своих обворожительных улыбок - она уже слышала, как трудно добиться расположения профессора. Но улыбка на ее лице погасла, едва женщина ступила в пустую комнату. Лишь мальчик, вошедший вслед за родителями, не испытывал растерянности.
За белым столом, в белом халате и белом колпаке, на фоне белых стен Бравина трудно увидеть. Суровое его лицо в квадратных очках всегда замечали внезапно. Но юный Стен сразу направился в угол, как будто не раз бывал здесь прежде. Родители последовали за ним.
Бравин с изысканно любезной улыбкой сделал ложную попытку приподняться и указал посетителям на стулья. Сенатор и его супруга сели. Мальчик остался на ногах. Бравин молча переводил взгляд с одного лица на другое и ждал. Стекла очков поблескивали.
Лит Стен снял шляпу, но, не найдя места, куда можно было бы пристроить ее, положил себе на колени.
Мальчик, равнодушный ко всему, стоял между родителями и независимо поглядывал по сторонам. Он ничему не удивлялся, словно заранее знал, чем все должно кончиться. По лицу сена гора ползали красные пятна. Он мучительно искал подобающий тон разговора нужно не уронить свое достоинство и не обидеть профессора.
- Вероятно, вам известны причины, принудившие нас обратиться в вашу клинику, которая по справедливости пользуется заслуженной славой... - начал сенатор, слегка пощелкивая пальцами по своей шляпе. Он говорил, не глядя в лицо профессору.
- Известны, - прервал его Стив. - Но я хотел бы услышать все снова. Я вас слушаю. - Он удобнее сел в кресле, подпер подбородок рукой и уставился в окно.
Лит Стен помялся, нерешительно переглянулся с женой.
- Видите ли, это не совсем удобно при мальчике.
- Ребенок может подождать в соседней комнате, - решил Бравин и впервые посмотрел в лицо мальчику. Они встретились взглядами только на долю секунды. Тонкая усмешка скользнула по губам больного.
- Пати, выйди в ту комнату, мы должны остаться одни, - с подобострастием попросила мать.
Мальчик ушел, ничего не сказав. Лит Стен проводил его взглядом и стал говорить, только когда за сыном закрылась дверь.
- С ребенком творится совершенно необъяснимое и непонятное для рассудка, - начал он так, словно намеревался рассказывать целую повесть. Бравин смотрел в окно. - Вначале мы не замечали за ним ничего особенного. Просто рос очень способный ребенок, я бы сказал, изумительно способный-одаренный. Но в этом нет ничего удивительного: в детстве я тоже был привержен к математике и другим наукам.
Стив забарабанил по столу пальцами, и сенатор смутился.
- Да, конечно, это не имеет отношения к делу. Я только в том смысле, что вас может заинтересовать наследственность.
